Несколько раз он сбился. Почему, я не знала. Но его речь была страстной, красноречивой и воодушевляющей.

Если бы я не знала правды, то, слушая, с каким обожанием Джек говорил о своём тренере, сама могла бы начать любить Дженсена почти так же сильно, как он.

Джек поднёс мою руку к губам и поцеловал костяшки пальцев.

Я снова попыталась вырваться, но он лишь сильнее сжал ладонь и в знак предупреждения слегка прикусил зубами мой средний палец.

Я посмотрела на него.

В его глазах клубилось столько мыслей, что я не могла разобрать ни одной.

Злость и... растерянность? Печаль? Решимость?

Я не знала.

Мне никогда не удавалось читать Джека так же хорошо, как он читал меня.

— Ты отлично выступил, — тихо сказала я.

Несмотря на всё, несмотря на то, насколько расстроена была сама, я не могла не сказать ему, как сильно им горжусь.

«...чтобы он смог осуществить каждую свою мечту...»

Мы с моим мучителем, который каким-то образом превратился ещё и в моего парня, не были так далеко по разные стороны баррикад с самой первой нашей стычки в раздевалке.

Господи.

Казалось, это произошло много лет назад.

И одновременно вчера.

Если я добьюсь справедливости для Ашера, Джошуа Дженсену придёт конец.

Но что тогда будет с Джеком? Без тренера, посреди скандала и неизбежного расследования, сможет ли он привести команду к победе? Выиграть чемпионат? Стать первым номером драфта? Осуществить все свои мечты? Или я отниму у него всё это?

Неужели мне действительно придётся выбирать между спокойствием моего брата и будущим моего парня?

Внезапно в зале стало жарко.

Душно.

Стены будто начали сдвигаться вокруг меня.

Я снова попыталась выдернуть руку.

— Мне нужен воздух.

— Я пойду с тобой, — сказал Джек, поднимаясь со стула и всё ещё не отпуская меня.

— Нет!

Слово прозвучало как пощёчина.

Джек вздрогнул.

Я заставила себя говорить мягче.

— Пожалуйста. Мне нужно выйти одной. Пожалуйста.

Он внимательно всмотрелся в мои глаза.

А затем медленно разжал пальцы.

— Хорошо. Но когда вернёшься, мы будем танцевать.

Я кивнула.

Сейчас мне было всё равно.

Мне просто требовался воздух.

Раньше рядом с ним я была готова забыть о необходимости дышать.

Теперь же не могла выдержать без воздуха ни секунды.

Я практически сбежала от него.

Торопливо пересекла зал, минуя элегантные пары на танцполе. Небольшой струнный ансамбль исполнял собственную версию «1:5» Chinchilla, что было странно, но до боли точно соответствовало моему нынешнему состоянию.

Я прошла по коридору мимо Джуды и Леви, которые о чём-то напряжённо перешёптывались, а затем вышла через боковую дверь в небольшой сад, похожий на тот, что находился за Холлистер-холлом.

Оказавшись снаружи, я рухнула на деревянную скамью и судорожно вдохнула.

Слишком много.

Всё это было слишком.

По щекам покатились слёзы, злые и беспомощные.

Беспомощность я понимала.

Но злость? На кого я злилась?

На тренера, безусловно.

На Джека? На мужчину, который причинил мне столько боли, но никогда не ранил сильнее, чем тогда, когда отказался мне поверить? Но как можно было не понимать его преданности человеку, который изменил его жизнь к лучшему и теперь мог помочь ему получить всё, о чём он мечтал? Или я злилась на себя?

За то, что влюбилась в мужчину, который должен был оставаться моим врагом.

За то, что теперь разрывалась между ними, хотя моя преданность должна была принадлежать брату.

Только ему.

Потому что я действительно теряла голову.

Влюблялась в Джека.

Со всей его жестокостью и добротой.

Ужасом и нежностью.

Он понимал меня лучше всех.

И при этом доверял мне меньше всех.

Он разглядел во мне то, чего я сама боялась. Вытащил их на свет и впервые позволил мне отпустить контроль.

А вместе с этим ворвался в моё сердце.

Я горько рассмеялась и шмыгнула носом.

Он называл меня маленькой воровкой.

Хотя украл именно он.

Украл моё сердце.

Что мне теперь делать?

— Авива?

От низкого голоса по коже поползли мурашки отвращения.

Я подняла голову.

Передо мной стоял Джошуа Дженсен, засунув руки в карманы костюма.

Он улыбался.

Но в этой улыбке не было ни капли тепла.

Последний человек на свете, с которым мне сейчас хотелось разговаривать.

Я поднялась со скамьи, собираясь уйти не только от него, но и вообще из сада.

Он поднял руку.

— Не нужно от меня убегать, Авива. Я всего лишь хочу поговорить.

— Это ты и моему брату говорил? — выплюнула я, яростно стирая слёзы с лица.

Тренер вздохнул и на мгновение закрыл глаза.