Она кивнула, и свежие слезы заполнили пространство между ресницами.

— И поэтому вы уходите от мужа?

Она посмотрела в окно.

— Я собиралась уйти от Мэтью еще до того, как все это началось, восемь лет назад. Потом его арестовали, мы оказались в центре внимания общественности, а потом… потом все это с Эллиотом. Сибрайт был для меня опорой. И он полюбил моего сына так же сильно, как и я. Их обоих. Он готов на все ради Эллиота, в том числе и умереть за него.

— Как вы думаете, люди, напавшие на Сибрайта, преследовали Эллиота?

— Я не знаю. Но это единственное объяснение, верно? Я имею в виду, так и должно быть. Но у нас нет денег, Саншайн. Что они сделают с Адамом, когда потребуют их, а мы не сможем заплатить?

Сан оглянулась на Леви, который стоял у двери, скрестив руки на груди. Он скользнул по ней взглядом и, едва заметно кивнув, жестом показал, чтобы она посмотрела.

По коридору к ним приближалась команда судмедэкспертов, и их вот-вот должны были выгнать.

Сан повернулась и посмотрела на одну из картин на столе Адама. На ней была изображена семья, стоящая перед домом, на который светило жёлтое солнце. Это были мама, папа и два мальчика. Над младшим мальчиком жирным чёрным маркером было написано слово «Прости».

Сан превратилась в камень, сдерживая свою реакцию. Ее черты лица были строгими. Она снова посмотрела на Эддисон.

— Я сделаю все, что в моих силах, Эддисон. Возможно, у нас есть зацепка.

Лицо Эддисон просветлело.

Сан наклонила голову ближе, когда команда вошла внутрь.

— Только не говорите Мэтью, — прошептала она.

— Саншайн, я перестала говорить Мэтью что-либо много лет назад. Насколько я понимаю, он втянул нас в эту историю, ведя дела с теми людьми, когда знал, что сделки были сомнительными. Он ничего не заслуживает от меня.

— Молодец. Позвоните мне, если что-нибудь узнаете.

Эддисон обняла её.

— Спасибо, Саншайн. Спасибо.

— Не благодарите меня пока. У меня такое чувство, что наш похититель так же умён, как и человек, который его обучил.

Леви шёл за ней по пятам, пока они выходили из дома. Как только они оказались за пределами слышимости, он спросил.

— Ты это видела?

— Видела.

Они направились к ее круизеру.

Сев за руль, она посмотрела на Леви, растерявшегося еще больше, чем прежде.

— Я не понимаю. Зачем Эллиоту забирать собственного брата?

— Он боится. Здесь есть нечто большее, чем кажется на первый взгляд, и он находится в самом центре этого.

— Согласна. — она завела внедорожник и выехала на узкую улицу.

— Прости, — сказал он, повторив надпись на картине.

Она включила передачу.

— Точно. Не «мне жаль». Просто «Прости». То же самое, что и в записке в «Квик-Марте». Это как… — Она хлопнула по тормозам задолго до знака «Стоп». Леви подался вперед, а затем поднял на нее сексуальную, хотя и ушибленную бровь. К счастью, позади них никого не было, потому что она просидела так несколько секунд, прежде чем объяснить.

— Прости.

— Именно, — сказал он, явно удивляясь ей.

Когда он не понял, она повторила: — Нет, прости.

Она поняла это сразу, как только его осенило.

— Подожди, ты думаешь…?

— Думаю.

Он откинулся на спинку кресла, когда осознание нахлынуло на него.

— Вот дерьмо.

— Ты ведёшь машину. — она выскочила из машины и поиграла с Леви в пожарную машину, прежде чем залезть обратно. Он застегнул ремень и потянулся к Сент-Фрэнсису, пока Сан занималась тем, что у нее получалось лучше всего. Она позвала всех.

Каждого.

 

***

 

Даже с обезболивающими, которые врач дал ей в неотложной помощи, Аури не могла уснуть, и причиной тому была самая ужасная, самая эгоистичная причина. Она нашла труп и должна была кому-то рассказать. А именно Сибил и Крузу. А поскольку бабушка с дедушкой настаивали на том, чтобы она осталась дома и пропустила один день в школе — ужас, — она не могла рассказать им об этом в школе, как планировалось ранее.

Поэтому она поступила следующим образом. Она подождала столько, сколько могла, а именно шесть часов утра, и отправила им обоим сообщение

«Уже проснулись?»

Сибил первая ответила дерзким

«Нет».

Круз, должно быть, еще спал. Значит, Сибил узнает новости первой. Он проиграл.

Аури позвонила ей.

Сибил ответила просто:

— Я же сказала, что не проснулась.

— О. Виновата. Я просто подумала, что ты захочешь узнать о трупе, который я нашла.

— Я не сплю!

Аури рассказала историю о том, как пошла к Крузу, упала в овраг, немного побаловалась с велосипедной цепью и нашла тело парня, которого убил Леви. Сибил заполнила все свободное время аконическим количеством «охов» и «ахов».

— Он был, знаешь, вздутый? — спросила она.

— Рука была. Это все, что я видела. Я сфотографировал ее. Это было очень тревожно.

— Ты должна прислать ее мне!

— Ты уверена?