— С тобой все будет хорошо. — сказал Леви, поднимая Сан на руки и неся её к своему квадроциклу.

Следующие несколько мгновений прошли в мельтешении рюкзаков, деревьев, детских лиц, сотрудников правоохранительных органов и рук. Его руки. Обхватившие её самым лучшим образом.

 

***

 

Сан сидела на заднем сиденье машины скорой помощи, которая ждала, чтобы доставить тело в Альбукерке, и все еще приходила в себя от пережитого унижения. Леви отнёс её к своему квадроциклу и усадил на него. Проведя без сна более сорока восьми часов и большую часть этого времени проводя поисково-спасательную операцию в условиях мороза и метели, он поднял её на руки и понёс.

Она обхватила его руками и зарылась лицом в его шею, на минуту отключившись от всего. Он пах костром и снегом, а вокруг нее ощущалась тёплая сталь.

Когда он усадил её на землю, она отпрянула назад и глотнула огромную порцию воздуха, чтобы успокоиться.

— Потихоньку, — сказал он, опускаясь рядом с ней на колени в снег.

— Я там была, — сказала она, задыхаясь. — Я была в этом сарае.

— Многие бывали.

— Судя по всему, нет.

— Ну да. Думаю, это было давно.

Она заставила себя успокоиться и на мгновение взглянула на него. Оценить произведение искусства, в которое он превратился. Янтарь его глаз завораживал её, и она могла бы смотреть на него весь день, но у нее были дела, которые нужно было решить, и они, как говорил её отец, горели дневным светом.

Она сглотнула и сообщила плохие новости.

— Это твой дядя, Леви. Твой дядя Брик. — его ресницы сузились.

— Откуда ты знаешь, что мы его так называли?

— Я просто услышала, наверное. Прости, твой дядя Кубрик.

Он перевёл взгляд с нее на место происшествия.

— Ты уверена?

Она кивнула.

— У него в кармане были водительские права.

Он кивнул, а затем посмотрел на руку, которую она неосознанно переместила на его руку.

Она отдёрнула её как раз в тот момент, когда Квинси остановился рядом с ними и спрыгнул с квадроцикла.

— Что случилось? — спросил он, наклонившись к ней.

Сан покачала головой.

— Просто вытащи меня отсюда.

Квинси помог ей сойти с квадроцикла и сесть на свой, пока Леви стоял в стороне.

— Я сожалею о твоей потере, Леви.

Он покачал головой.

— Оставь это для кого-нибудь более достойного.

Двадцать минут спустя Сан сидела на заднем сиденье машины скорой помощи, и её допытывал лучший друг.

— Что там произошло? — спросил Квинси, когда медик оставил её наедине с собой. Опасное место, чтобы оставлять её на произвол судьбы.

— Я не знаю. — она покачала головой, пытаясь разогнать паутину.

— Может, попробуешь выяснить, потому что, черт возьми. Ты потеряла сознание.

— Я не отключалась.

— Сначала тебя вырвало, потом ты отключилась.

— Я не теряла сознание. Я не думаю. Я не знаю. Я как бы потеряла связь с реальностью на минуту.

— Хорошо. Это начало. Так почему мы обрабатываем место, которое, судя по всему, не посещали уже лет десять?

Она переложила пакет со льдом на затылок.

— Чертова дверь.

— Они часто бывают такими козлами. Место действия?

Быстро оглядевшись по сторонам, она наклонилась и сказала:

— Там меня держали.

Если бы она дала ему пощёчину, он бы не удивился еще больше.

— Я вспомнила. Как только я вошла, я вспомнила запах. Грязный матрас. Крошечные окна, в которые солнце проникало только в определённое время суток.

Он поднял челюсть и уставился на нее.

— Я думал… Я имею в виду твою травму головы.

— Я знаю. Мне снились сны. Кошмары, правда. Но я честно думала, что просто выдумала их.

Куинси выглянул наружу, затем закрыл двери, чтобы полностью уединиться.

— Так, больше никакой чепухи. Начни с самого начала, или, клянусь Богом, я уйду прямо здесь и сейчас и стану оперным певцом.

Она улыбнулась, несмотря на свое состояние.

— Ты не умеешь петь.

— Именно поэтому это было бы трагедией. — он наклонился ближе и взял её за руку. — Послушай, я понимаю, Сан. Ты не любишь говорить об этом, но все, что я знаю, это то, что тебя похитили в старших классах и держали почти неделю. Потом ты волшебным образом оказалась в отделении интенсивной терапии больницы Святого Винсента в Санта-Фе с травматическим повреждением мозга. Месяц спустя ты очнулась от комы с ретроградной амнезией. О, и булочка в духовке. Так что, может, заполнишь пробелы?

— Квинс, ты знаешь почти столько же, сколько и я.

— Чушь собачья. — он сжал руки в кулаки и сел обратно в кресло фельдшера. — Я вижу, как ты иногда уходишь в себя. Выражение твоего лица, когда ты возвращаешься, — это не пустяк. Ты что-то вспоминаешь. Скажи мне, что я ошибаюсь.

Она разразилась задыхающимся смехом.

— Просто я не хочу, чтобы мои родители знали.

— Как будто я собираюсь им рассказывать.