У стола не было стульев, только скамьи по обеим сторонам. Стражи заколебались. Очевидно, скамьи стояли вне дворцового протокола. Элен спросила себя, что бы сделал принц Гевулин, окажись он здесь. Оказался бы он человеком, способным к адаптации, или нет?

Но, конечно, его здесь не было. После недолгого раздумья призрак уселся на середину одной из скамей и жестом пригласил Симо и Лувиару сесть по обе стороны от него. Джирви, Ксилси, Ипис и Кем сели напротив. Элен колебалась, пока хранитель не указал на скамью рядом с Лувиарой, которая кивнула. Таким образом, Элен оказалась за одним столом с принцем, хотя на самом деле он был призраком.

Хранитель прочистил горло. Это был пожилой человек, седовласый и жилистый. Принц, казалось, не внушал ему благоговейного страха. На его руках были большие мозоли; тяжелый труд или постоянные войны были частью его жизни.

— Достойная Собеседница, которая говорит от имени Его Возвышенного Высочества, мне поручено прислуживать вам и этим уважаемым путешественникам. Я новичок, недавно вступивший на путь хранителя.

— Мы не едим — спросила Лувиара, — в главном обеденном зале вместе с обитателями храма?

— Этот храм — храм безмолвия. Лишь немногим из нас разрешено говорить. Наша задача — руководить и служить тем, кто ночует в хостеле. Прошу вас, позвольте мне произнести благословение над едой, чтобы вы могли наесться досыта.

Призрак поднял руку, давая разрешение.

Хранитель пропел благословение и направился к двери. «Если вам понадобятся мои услуги, я буду снаружи. Мне запрещено слушать разговоры о мире за пределами храма». Поклонившись, он вышел и закрыл за собой дверь.

Тепло очага согрело всех. Мир, раскинувшийся за этими стенами, погрузился в зловещую тишину, не слышалось даже завывания ветра. Еда пахла восхитительно. Несмотря на грубость обстановки, обитатели храма ели вкусно: груши и грецкие орехи, тушенные с зеленью; бобы в сливочном соусе из козьего молока, приправленные луком, лавровым листом и тимьяном; пирог с луком-пореем и сыром, только что из духовки; буханки свежего ржаного хлеба; кабачковые оладьи с медом; засахаренная морошка, оставляющая липкую сладость на губах.

Лувиара взяла на себя резку и раздачу хлеба, но без Фулмо, который выполнял обязанности слуги, принц не знал, как ему питаться. В конце концов, Симо попробовал все блюда первым, после чего принц принялся за еду, так же, как и его свита, накладывая порции из общих тарелок.

Утолив первый приступ голода, принц оглядел стол. Он всегда проверял, изучал, пытался понять других, но также и то, как далеко он мог зайти.

Он сказал:

— Давайте продолжим в духе Зала Стражей. Симо?

— Как пожелаете, Ваше Высочество. — Симо кивнул Кему. — Новичок Кем, у нас принято обсуждать какие-либо темы за столом в качестве педагогического средства. У вас есть вопрос, который вы хотели бы задать?

Мальчик взглянул на Элен, сердито нахмурившись. Она напряглась. Он собирался разоблачить ее, осудить, отомстить?

Он отвел взгляд.

— Прошу прощения, Капитан. После такого долгого дня я чувствую, что очень проголодался, и мне не терпится съесть еще немного этой вкусной еды. Могу я просто послушать и тем самым поучиться?

Симо по-отечески улыбнулся.

— Конечно. Для вас все это в новинку. А как же остальные? О чем мы будем говорить?

33. ДАЖЕ ЕСЛИ НЕ ВЫГЛЯДЯТ ТАКОВЫМИ

— У меня есть тема для разговора, — сказала Ипис, вступая в разговор с таким энтузиазмом, что высокомерный Джирви оскорбленно посмотрел на нее.

— У тебя всегда есть, — пробормотал Джирви.

— По крайней мере, ей есть о чем поговорить и какие вопросы задать, вместо того чтобы просто возражать или хранить задумчивое молчание, — парировала Ксилси.

Симо выразительно постучал ладонью по столу.

— Его Возвышенному Высочеству нет необходимости участвовать в наших тривиальных спорах. Прошу вас, ведите себя в его присутствии с должным достоинством.

Они прижали руки к сердцу. Кем, заметив этот жест, поспешно повторил его, но как только они разжали руки, он вернулся к поеданию оладий с выражением изумленного восторга на лице.

Ипис обратилась к Лувиаре.

— По дороге в обеденный зал я не могла не услышать, как Достойная Собеседница говорит об айвурах. Когда мой Манор отправил меня в Зал Стражей, я надеялась увидеть айвура в Городе Сердечного Покоя. Должна признаться, я была так разочарована.

Ее прервал Джирви:

— Наш нынешняя милостивая императрица изгнала всех айвуров из центральных земель, даже тех, которые поселились в квартале иностранцев во времена правления императора Жасмина.