Он перевернул юношу и наклонился, чтобы поцеловать его. Пока Цзи Юйши был застигнут врасплох, он продолжил экспедицию, которую только что начал.

Они спрятались в простынях, не позволяя лунному свету подглядывать.

Цзи Юйши обнял его за шею и погрузился в глубокое море.

***

Цзи Юйши прошлой ночью ничего не снилось.

Он крепко спал, точно так же, как когда вернулся в третий командный центр и не хотел просыпаться из-за физического истощения. Разница между настоящим моментом и тем временем заключалась в том, что он беззащитно покоился в руках Сун Цинланя. Он всё это время крепко спал и проснулся только на следующий день, когда небо потемнело.

Это был первый раз, когда Цзи Юйши понял, что люди имели в виду под словом проспать.

Он сел в постели, его разум был всё ещё сонным. Ему потребовалось некоторое время, чтобы вспомнить, что позже его отвели в ванную комнату, чтобы принять ещё одну ванну, и после этого он заснул прямо там.

Цзи Юйши с опозданием понял, что это называется «испорченный».

После всех этих действий его тело стало немного странным.

Особенно в одном определённом месте, и из-за этого его выход из постели получился очень неестественным.

Но когда обе его ноги коснулись пола, он, наконец, понял, что на самом деле то ощущение было просто ничем по сравнению с этим. Казалось, что его ноги и талию пронзили множеством игл. Наряду с колющей болью болезненности мышц он едва мог ходить.

Цзи Юйши некоторое время стоял на месте, чтобы приспособиться. После того, как его тело привыкло, он медленно вышел из спальни.

Сун Цинланя не было в гостиной.

Цзи Юйши повернулся к кухне и нашёл на островке в центре стакан, чтобы налить себе воды. Он выпил половину за один присест.

За молодым человеком последовал робот-уборщик. Он пытался предложить юноше свою помощь с тех пор, как тот начал наливать воду.

Увидев, что Цзи Юйши закончил, он хотел помочь ему вымыть стакан, но Цзи Юйши только открыл кран и сам умело вымыл тот.

Затем Цзи Юйши ушёл.

Робот-уборщик смотрел на его уходящую фигуру, наклонив голову.

Хотя болезненные ощущения от произошедшего ночью всё ещё присутствовали, теперь он чувствовал себя намного лучше.

Занимаясь джиу-джитсу в юные годы, он часто травмировался, и с тех пор у него сформировалась способность быстро восстанавливаться после напряжённых упражнений. Они оба — мужчины. Ему не нужно ждать в постели, пока Сун Цинлань позаботится о нём. Более того…

Из гостиной доносился голос.

Сун Цинлань кому-то звонил.

— Тогда в следующий раз, — его тон был мягким. — Я пока не могу прийти.

Цзи Юйши стоял у двери. Он прислонился к дверному косяку и смотрел ему в спину.

Сун Цинлань не надел рубашку. Он сидел в кресле, повернувшись голой спиной к двери.

На его пропорциональных и чётко очерченных мышцах спины виднелось много следов от ногтей, некоторые из которых были слегка ушиблены — если бы Цзи Юйши отрастил ногти, это, вероятно, было бы не так просто, и вместо этого могли бы даже остаться кровавые царапины. Вдобавок к этому на теле у Сун Цинланя были засосы — в основном, на плечах, до которых Цзи Юйши едва мог дотянуться. А вот кольцо следов от зубов в этой области было несколько очевидно.

Когда дело дошло до укусов, Цзи Юйши понял, что он очень одарён.

Чем больше он кусал, тем сильнее двигался Сун Цинлань.

Таким образом, он также внёс большой вклад в чудесные переживания прошлой ночью.

От этого у него загорелись щёки.

Он хотел было уйти, но услышал, как Сун Цинлань продолжает говорить:

— Да, не хотел скрывать это от тебя. Мы вместе не так долго.

Цзи Юйши отказался от мысли уйти и открыто слушал телефонный звонок Сун Цинланя.

— Это кое-кто из Тяньцюн. — Казалось, что Сун Цинланя допрашивает старший из семьи. — Но не просто коллега, мы знали друг друга с детства.

— …Из города Нин.

— …Детский сад при университете Нин. Мы ходили в одну группу.

— …Не знаю, встречались ли вы раньше, тогда ты приходила за мной всего несколько раз.

— …Да, на несколько месяцев моложе меня. Очень хороший ум. Имеет несколько учёных степеней.

— …Тебе не нужно покупать эти вещи, — Сун Цинлань засмеялся. ¬— Они мне не понадобятся.

— …Он — мужчина.

Выражение лица Цзи Юйши немного изменилось. Он знал, что Сун Цинлань рано или поздно расскажет о них своей семье, но не ожидал, что это произойдёт так скоро. В конце концов, независимо от того, что они испытали, для остальных они знают друг друга всего месяц.

Для человека изменить свою сексуальную ориентацию всего за месяц и даже достичь состояния, когда он будет готов сделать что угодно для партнёра, — это действительно звучало как неправда.

Даже он сам и Цзи Минъюэ молчаливо ничего не сказали профессору Цзи. Хотя после публичного признания Сун Цинланя, новости, вероятно, дойдут и до шефа Линь, а затем дойдут до ушей профессора Цзи.