Цзи Минъюэ подошёл закрыть дверь. Когда он вернулся, то увидел, что Цзи Юйши стоял там в шоке, как будто его ударила молния, и рассмеялся.

— Твой маленький хозяин, возможно, немного поправился, но не стоит так шокироваться.

Кошки склонны к экстремальным реакциям, и переноска для кошек Цзи Юйши была непрозрачной.

Он открыл переноску и был встречен круглолицым оранжевым котом, сладко мяукающим ему. Он не узнал его.

Но очень быстро, как когда он увидел шефа Ци и его машину, воспоминания заполнили разум.

Цзи Юйши понял, что у него сейчас нет трёх знакомых чёрных котов.

Однажды поздней ночью два года назад, проезжая мимо свалки, он обнаружил жалкого котёнка, покрытого блохами. Тому было около десяти дней, и его кто-то выбросил. Цзи Юйши подобрал его и дал очень поверхностное имя — точно так же, как Дахэй (Большой Чёрный), Эрхэй (Средний Чёрный) и Сяохэй (Маленький Чёрный), оно было очень простое. Он назвал его Сяоцзюй (Маленький Мандарин).

Тело Сяоцзюй было намного пухленьким, но выпрыгивание из переноски всё ещё было очень лёгким.

«Мяу».

Увидев своего официального уборщика какашек, кот сразу же начал вести себя испорчено и потёрся своим мягким телом об икру Цзи Юйши. Его хвост метался взад-вперёд, пытаясь зацепить Цзи Юйши. Он явно был немного взволнован.

Цзи Юйши наклонился и поднял его. Как только Сяоцзюй оказался в его руках, то тут же удовлетворённо мяукнул.

— На самом деле намного тяжелее, — Цзи Юйши спросил Цзи Минъюэ: — Что он ел?

Цзи Минъюэ не был похож на Цзи Юйши. Он был примерно на два-три сантиметра ниже, чем Цзи Юйши, и был тоньше его, когда они были моложе, поэтому его всегда били, когда они ссорились, но два-три года супружеской жизни заставили его остепениться и отрастить больше плоти. Если бы они ничего не сказали, другие подумали бы, что он был владельцем Сяоцзюй, поскольку домашние животные, как правило, напоминают своих хозяев.

Цзи Минъюэ рухнул на диван младшего брата.

— Он каждый день крадёт собачью еду, так почему бы ему не стать тяжелее?

Два воспоминания играли рука об руку. Новое воспоминание заиграло в сознании Цзи Юйши как фильм. Он вспомнил, что Цзи Минъюэ растил корги.

Как и в оригинальном воспоминании Цзи Юйши, Цзи Минъюэ также преподавал в соседнем университете, и вечером ему нужно было присутствовать на вечеринке. Накануне свояченица отнесла Сяоцзюй на мытье, поэтому его тело было очень ароматным. Когда Цзи Юйши гладил кота, он болтал с Цзи Минъюэ.

Цзи Юйши вёл себя очень нормально. За исключением того, что после миссии он немного похудел, его психическое состояние не отличалось от прежнего.

Цзи Минъюэ спросил:

— Как тебе удалось поладить с этим особенно проницательным Капитаном Сун? Он ведь не запугивал тебя, правда?

Он сделал ударение на слове «запугивал». Никто другой не мог быть более знакомым с тем, насколько мстительным мог быть Цзи Юйши. Вероятно, в этом мире не было никого, кто мог бы запугать его брата.

Когда Цзи Юйши отказался поехать в город Цзян в качестве поддержки, шеф Линь позвал профессора Цзи за помощью, и причина отказа была частично раскрыта. В результате, известность некоего капитана по фамилии Сун распространилась по всей ветви города Нин, а также по семье Цзи. Пятно на его имени, вероятно, не удастся смыть до конца его жизни.

Цзи Юйши сказал:

— Всё было хорошо. Слухи стали искажёнными после того, как распространились. Фактически, с его способностями он имеет право так гордиться.

Значит, он неплохой человек.

Иначе с таким мстительным человеком, как Цзи Юйши, он не сказал бы ничего хорошего о другой стороне.

Цзи Минъюэ улыбнулся:

— А как насчёт того, что он — гомофоб? Это просто слух?

В его голове возникли глубокие и тёмные глаза. Цзи Юйши прокомментировал:

— Он… просто натурал.

Цзи Минъюэ не мог оставаться надолго. Поболтав некоторое время и убедившись, что с младшим братом всё в порядке, он встал, чтобы уйти. Перед уходом он сказал:

— Приходи домой завтра на ужин. Лао Цзи, вероятно, захочет сказать тебе кое-что. Он, вероятно, будет много говорить, так что будь готов.

Кот выпрыгнул из рук Цзи Юйши, мягкие подушечки тихо приземлились. Он обошёл дом, затем вернулся к Цзи Юйши и несколько раз мяукнул. Он говорил, что хочет пить воду.

Цзи Юйши встал, чтобы взять воду из кухни. Только тогда он заметил перемены в своём доме.

Стакан, который он разбил, всё ещё стоял на столе в целости и сохранности, несколько книг, которые он уже прочитал, были брошены на обеденный стол, а чёрно-белая фотография, которая изначально висела на стене, была заменена семейным портретом семьи Цзи десятилетней давности. Также была только одна кошачья башня и точно так же только одна кошачья миска…

Когда воспоминания хлынули в его сознании, голова Цзи Юйши пульсировала от боли. Он случайно уронил миску с водой на пол.

Цзи Юйши опустился на колени на полу, слегка задыхаясь.