Вокруг было тихо. Официант помог им найти путь.

В холодном воздухе стоял слабый аромат. Он не был маслянистым или дымным.

Когда они вошли в комнату, через дверь можно было услышать болтовню и слабый смех. Официант открыл дверь и сказал:

— Пожалуйста.

Сун Цинлань поблагодарил и повернулся, чтобы пропустить Цзи Юйши первым.

За обеденным столом сидели знакомые лица. Присутствовали все члены Седьмого отряда.

Когда Чжоу Минсюань увидел, что они вошли, то пошутил:

— Капитан Сун, почему вы двое прибыли последними? Неужели ты так соскучился по своей машине?

Как мог Сун Цинлань не знать его мысли?

— Я одолжу тебе её завтра.

Ли Чунь поднял руку.

— Я тоже хочу поездить на ней!

Сун Цинлань взглянул на него.

— Бамперные машинки — в парке развлечений. Этот старший брат позволит тебе сесть за руль.

Все засмеялись.

Сун Цинлань и Цзи Юйши сели и небрежно спросили:

— А шеф Ци?

Дуань Вэнь:

— Встретил знакомого на улице и пошёл поздороваться.

Когда команда обедала вместе перед уходом в последний раз, Цзи Юйши не присоединился. Сейчас, когда все сидели вместе, ситуация уже не такая, как тогда.

Он обнаружил, что ведёт себя не только спокойно, но и немного расслабляется.

Среди шума даже тревожное чувство в его сердце немного рассеялось.

Тан Лэ сел рядом с ним. Он понизил голос и спросил:

— Советник Цзи, мой брат и я только что припарковали нашу машину позади вас двоих и изначально хотели подняться наверх вместе с вами. Что вы и Капитан Сун так долго делали в машине?

Цзи Юйши: «……»

Он не знал, что сказать. Должен ли он сказать всем, что время изменилось?

После того, как Тан Лэ спросил, Тан Ци постучал по голове брата палочками для еды. Тан Лэ поспешно высунул язык и отдалился.

Они явно выглядели одинаково, но Тан Ци был намного разумнее.

— Это не твоё дело. В любом случае, они не будут флиртовать.

Тан Лэ:

— Трудно сказать. Разве ты не видишь, что Капитан Сун изменился с приходом Советника Цзи?! С каких это пор он позволял бы нам ездить на своей машине?

Сун Цинлань услышал это и ответил плохим тоном:

— Вы все — грязные и вонючие. Трёхдневные носки Лао Чжоу выдерживают даже…

— Бля? — наедине Чжоу Минсюань не сдерживался. — Ты говоришь так, как будто никогда сам не делал этого раньше. У кого, чёрт возьми, будет на это время во время полевых учений спецназа? Ребята… Особенно Советник Цзи. Советник Цзи, позволь мне сказать тебе: не смотри на то, какой сейчас Сун Цинлань, на самом деле он даже не стал носить нижнее бельё в армии, чтобы не стирать его. Ему всё равно, если его яйца зацепятся за молнию.

Сун Цинлань засмеялся и ударил ногой по стулу собеседника.

— Чёрт! Это потому, что это круто.

Цзи Юйши не походил на того, кто шутит, но, к всеобщему удивлению, он взглянул на брюки Сун Цинланя и сказал:

— Это, наверное, довольно круто.

Как только он закончил говорить, дверь в комнату открылась.

Цзи Юйши поднял глаза.

Вошедшему мужчине было за пятьдесят, но под его внешностью средних лет всё ещё можно было различить юную внешность. Его плечи были широкими, а мышцы под рубашкой слегка выпирали. Очевидно, что он регулярно тренировался. Волосы на висках были белыми, а брови — густыми. Он явно был довольно свирепым персонажем. Он улыбнулся и поздоровался.

— Все здесь?

В этот момент воспоминания Цзи Юйши претерпели потрясающие изменения.

Три года назад в классе в городе Цзян говорящего заменил шеф Ци. Его лекция была гладкой и лаконичной, и он легко побуждал аудиторию к размышлениям.

Когда Цзи Юйши получил приказ о переводе, подпись начальника внизу состояла из двух слов: Ци Лан.

Когда Цзи Юйши прибыл в филиал города Цзян, человек, который его принял, также превратился в шефа Ци. Они стояли перед окном и некоторое время разговаривали, прежде чем Сун Цинлань вошёл в комнату.

***

Первоначальные воспоминания остались, но, похоже, из них родились новые.

Цзи Юйши всё ещё оправлялся от изменений, когда прозвучал мужской голос средних лет:

— Сяо Цзи, так как ты собираешься сегодня вернуться в город Нин, эта трапеза не только для выражения моей благодарности всем, но и прощальный банкет для тебя.

Цзи Юйши пришёл в себя и увидел, что все подняли бокалы. Его бокал также был наполнен. Он поднял его и сказал:

— Спасибо, шеф Ци.

Все заняли свои места.

Как только Цзи Юйши сел, Сун Цинлань, наблюдавший за шефом Ци с тех пор, как он вошёл в комнату, повернул голову, чтобы что-то сказать, но Цзи Юйши сказал первым:

— Не волнуйся, я уже это вспомнил.

Расстояние между ними было небольшим.

Губы Сун Цинланя почти коснулись лица собеседника.

Оба отступили и больше не разговаривали.

Сун Цинлань держал бокал в руке. Ему стало немного жарко, поэтому он выпил всё сразу, чтобы остыть.