— Я тоже, но я также забочусь о своей любимой жене, которая из кожи вон лезет, пытаясь быть лучшей матерью для моего сына, который достаточно утомителен для трех матерей, и моей дочери, с которой легче, но она все еще нуждается в большом внимании.

— Правда?

— Да, — твердо говорит он. — Но если это так много для тебя значит, я буду повторять тебе каждый раз, когда подумаю о том, чтобы стать твоим мужем. Как часто я думаю о том, чтобы добраться до наших мехов и прикоснуться к твоей нежной коже или ощутить сладость твоего влагалища на своем языке.

У меня перехватывает дыхание.

— О, я бы с удовольствием. В последнее время я не чувствую себя красивой. Просто… беременной.

— Ты прекрасна. — Его рука скользит вниз к округлости моего живота, который стал больше, чем когда-либо. — Это прекрасно. И это наполняет меня неистовой гордостью и радостью — видеть тебя и знать, что ты моя. — Он расстегивает вторую бретельку, и мое декольте грозит распахнуться. Хэйден осторожно проводит костяшками пальцев по ложбинке между моими грудями. — Мне нравятся изменения в твоем теле, и мне нравится твой живот, потому что там мой комплект. Знаешь, что мне нравится больше всего?

— Что? — Я очарована соблазнительным шепотом Хэйдена.

— Мне нравится, когда ты смотришь на меня и улыбаешься, потому что ты счастлива со мной, а я с тобой.

Это так щемяще мило, что я не могу не улыбнуться ему. Я помню, что у него есть свой собственный опыт — что он нашел отклик у кого-то до меня, кто не хотел иметь с ним ничего общего и кто умер, не успев достичь резонанса. Хэйден тоже чуть не умер и обзавелся новой вошью. Я рада, что этот мужчина выбрал меня, потому что я не могу представить свою жизнь без него.

— Ты помогаешь мне избавиться от всех сомнений, которые у меня были в последнее время.

Мой большой инопланетянин улыбается мне сверху вниз.

— Это моя работа. Я твоя пара. Мое сердце принадлежит тебе. Почему бы нам не поговорить обо всем, что нас беспокоит?

— Потому что тебя ничто не беспокоит!

— Это потому, что я счастлив. У меня есть моя пара. У меня двое замечательных комплектов. Моя жизнь лучше, чем я когда-либо мечтал. — Он улыбается, а затем признается: — Хотя я был бы счастливее, если бы Жоден почаще спал в своей постели, чтобы я мог спариваться со своей женщиной.

— Это моя вина, — признаю я. Я несносная, когда дело касается детей, и я не умею устанавливать границы. — Я поработаю над этим с ним. Я хочу, чтобы у нас тоже была своя кровать.

— Мне нравится эта идея. А еще мне нравится, как тихо здесь, когда он навещает Сам-мер и Варрека. Ты умная, пара. Нам следует делать это почаще. — Он дергает за бантик между моими грудями, развязывая узел, и тогда кожа спадает мне на живот, обнажая грудь.

— Мне тоже нравится эта идея, — признаюсь я. Ночевки — это определенно то, что нужно.

— У тебя интересная новая туника, — бормочет он, глядя на мою обнаженную грудь. — Так вот почему ты пряталась с Мэ-ди последние несколько дней? Ты шила этот непрактичный кусок кожи?

— Не все должно быть практичным, — говорю я ему, обвивая руками его шею. — Может, я просто хотела, чтобы ты посмотрел на меня и сказал: «Черт возьми, моя пара — просто сексуальный зверь».

— «Зверь» — это не то слово, которое я бы использовал, думая о своей паре. Может быть, «мягкая», или «хрупкая», или «желанная».

— Все эти слова мне нравятся больше.

Хэйден наклоняется и дарит мне еще один поцелуй, на этот раз более глубокий и страстный, чем предыдущий. Мои руки обвиваются вокруг его шеи, и внизу живота разливается жар. О, боже, месяц — это определенно слишком долго, чтобы ждать между страстными, обжигающими поцелуями, от которых я чувствую, как внутри у меня разливается жидкость. Он прикусывает мой рот, а затем осторожно опускает меня на меха.

Я откидываюсь на подушки и меха, и пока я это делаю, он наблюдает за мной голодными глазами, пожирая взглядом мое полуобнаженное тело.

— Хочешь, я покажу тебе все части тела, которые я нахожу в тебе возбуждающими, моя Джо-си?

— Давай, — говорю я, затаив дыхание.

Мой великолепный Хэйден склоняется надо мной и целует меня повсюду. Он целует мою шею, щеку, ухо, каждую набухшую молоком грудь и выпуклость живота снова и снова.

— Я люблю все это. Тебя, — говорит он мне. — Я обожаю наших комплектов. Я люблю нашу семью. Мне нравится, что мы находим отклик друг у друга, снова и снова, потому что это значит, что мы созданы друг для друга.

У меня перехватывает горло от любви к этому мужчине.

— Я так сильно люблю тебя, Хэйден. Я не знаю, как мне так повезло, что ты появился в моей жизни, но я так благодарна, что ты мой.