— Вас выловили из реки в бессознательном состоянии,— холодно сообщил врач. — Вы были в крови, одежда порвана, но ран на вас не обнаружили. Вы с кем-то подрались?

— Что? — я попыталась вскинуться, но лишь неловко дернула рукой с капельницей, чуть не вывернув катетер. — Не было ран?

— Ну, или с вами поработал искусный целитель, — хмыкнул невидимый доктор. — Я бы поставил на эту версию, если бы госпожа Маири не была на тот момент уже мертва.

— Господин Вэнь, я же просила не упоминать такие ужасы рядом с моей дочерью! — свистящим шепотом заметила госпожа Шейму.

Будто бы я ее не слышу!

— Пусть знает, как ей повезло, — невозмутимо отозвался целитель Вэнь. — Если бы супруг госпожи Маирине всполошился и не вернулся на помощь жене, вашей дочери точно пришел бы конец. Надо же было так неловко упасть, на том мосту довольно высокие перила. Вы уверены, что у нее не было дурных мыслей? Перед браком по расчету девушка могла быть сильно расстроена.

Он что, решил, что дочь рода Шейму спрыгнула, пытаясь избавиться от навязанной свадьбы? Глупости какие, на ней живого места не было!

Погодите, что там про моего мужа? Он вернулся, чтобы якобы меня спасать?

Вот же лицемер!

2-2

Врач препятствовать нашему отъезду не стал. Лишь посоветовал не перенапрягать пациентку и в случае чего сразу везти обратно. Сотрясения вроде бы нет, но симптомы могут проявиться и позже.

Я учла очередной вариант пути отхода. Если вдруг в доме Шейму мне не понравится, всегда можно изобразить нужные проблемы и вернуться в больницу.

Собирать мне было нечего. Блузка безвозвратно пострадала и пребывала в лаборатории — господин Вэньвнял моим намекам и запоздало решил проверить, чья все-таки кровь на ткани.

Что будет, когда он установит, что это моя собственная? На вопросы я ответить не смогу, кто напал на молодую госпожу Шейму — тоже без понятия. Возможно, удастся списать исцеление на мой же полутруп — финальный выплеск целительской магии, случайно зацепивший вторую утопленницу. В принципе логично, в природе случается и объясняет если не все, то многое.

Но не отменяет нападения на меня.

Расследование практически неизбежно. Как и вызов для дачи показаний.

А что я расскажу? Про ножевые ранения неизвестного происхождения?

Или все-таки упирать на частичную амнезию? Еще не поздно ведь, то, что я помню свое имя — на самом деле не помню, но надеюсь, скоро узнаю — не значит, что в памяти сохранилось все остальное. Человеческий мозг до сих пор не изучен и периодически выдает и не такие странности.

Однако первая же проверка на артефактах истины сведет все мои ухищрения на нет.

Может, зря я подсказала врачу провести тест? С другой стороны, не найдя третьего тела, стражи рано или поздно сами бы додумались до этого.

В конце концов, всем известно, что род Маири — целители. Залечить несколько царапин для нас пара пустяков. Даже при смерти. Никто же не знает, что я была отравлена и отрезана от собственного дара перед гибелью. Рефлекс включился, и все дела!

Так что основная проблема не в том, куда подевались раны, а как объяснить, при каких обстоятельствах я их получила.

— Ин-ни, ты готова? Пойдем, девочка моя, машина у дверей, — позвала меня госпожа Шейму.

Я аж вздрогнула.

Первой мыслью было — откуда она знает, кто я? Неужели догадалась?

Но меня бережно приобняли за плечи, погладили по голове, поправили теплую кофту, сбившуюся на сторону. Мать не вела бы себя так, знай она, что внутри тела дочери посторонний человек.

Значит, наши имена похожи и оба начинаются на Ин. Уже неплохо. Меньше будет путаницы, если меня вдруг позовут.

Поджидавший нас транспорт явно принадлежал основной ветви рода. Темная, вытянутая хищная машина с водителем, повадки которого выдавали спецподготовку. Точно министр своей поделился.

Мы с госпожой Шейму устроились на заднем сиденье, и всю дорогу она поправляла плед, которым тут же укрыла мои ноги. Мне не было холодно, но от напряжения и пережитого стресса слегка потряхивало, так что забота была не лишней.

У центральных ворот в поместье нас уже подкарауливала служанка.

— Господин Шейму просил передать, что швея ожидает с самого утра, — опустив глаза, пробормотала она.

Даже ей было очевидно, что напоминание неуместно, но нарушить прямой приказ хозяина девушка не могла.

— Мы только из больницы! — возмутилась госпожа Шейму, проводя меня мимо.

Я покорно следовала ее безмолвным указаниям, понимая, что сама моментально заблужусь в этом лабиринте коридоров и переходов. А ведь я здесь вроде как жила!

— Сначала пусть примерит платье, — негромкий мужской голос остановил нас на пороге. Министр Шейму лично явился удостовериться, что я в состоянии выйти замуж. — Потом может отдохнуть.

— Какое платье, когда Иньин еле жива! — возмутилась мать.

Вот я и узнала свое полное имя.

А еще — кто в поместье обо мне заботится, а для кого я просто функция.