Я сидел на скамейке возле отеля и ждал шаттл. Был октябрь, довольно прохладно, но не так уж неуютно. Воздух казался влажным.

У меня был вестерн в мягкой обложке, я достал его из кармана пальто и прочитал несколько страниц. Время от времени поднимал глаза в поисках шаттла, потом на часы, потом снова в книгу. Вестерн был не очень хороший.

Пока я там сидел, мимо проехал на роликах маленький чернокожий мальчик с пустой кобурой от игрушечного пистолета, пристегнутой вокруг пояса. Он посмотрел на меня. Голова у него была почти наголо выбрита, а ковбойская рубашка на кнопках спереди порвана. Думаю, ему было лет одиннадцать.

Я снова уткнулся в книгу и начал читать, потом услышал, как он подкатил ко мне. Поднял глаза и увидел, что он рассматривает картинку на обложке.

- Это книга о ковбоях? - спросил он.

Я сказал, что "да".

- Она хорошая?

- Мне не очень нравится. Слишком похожа на последние три-четыре, которые я читал.

- Я люблю ковбойские книги и фильмы, но они кое-что неправильно показывают.

- Я тоже их люблю.

- Я - ковбой, - сказал он, и тон у него был слегка вызывающий.

- Правда?

- Ты думал, ниггеры не могут быть ковбоями.

- Я так не думал. Не называй себя так.

- Ниггер? Нормально, если я сам. Я бы не хотел, чтобы ты так говорил.

- Я не буду.

- Кто так скажет - тому со мной драться.

- Я не хочу драться. Где твой пистолет?

Он не ответил.

- Знаешь, черный парень может быть ковбоем.

- Я в этом уверен.

- Не все они были поварами.

- Конечно нет.

- Так в фильмах и книгах показывают. Есть в этой книге чернокожие ковбои?

- Пока нет.

- Будут?

- Не знаю, - ответил я.

Но я знал. Я прочитал много книг о ковбоях.

- Белые мальчишки в школе сказали, что черных ковбоев не бывает. Сказали, нет ниггерских ковбоев. Сказали, мы не можем сражаться с индейцами и все такое.

- Не слушай их.

- Я и не собираюсь. Я пошел на школьную площадку, и они забрали мой пистолет. Их было трое.

Тогда мне стало ясно. Рубашка порвана и пистолета нет.

- Mне жаль. Это нехорошо.

- Сказали, ниггеру не нужен ковбойский пистолет. Сказали, мне нужна сковородка или метла. Я раньше скакал по пастбищу и ловил быков арканом и все такое. Они ничего не знают.

- Это все, что ты делал на пастбище, ловил быков?

- Я делал всякое. Я делал все, что делают ковбои.

- Это была тяжелая работа?

- Такая тяжелая, что не поверишь. Я делал всякое. Ковбои друг друга "ниггерами" не называют. 

- Твои мама и папа работают на пастбище вместе с тобой?

- Нет, у мамы есть работа. Она занимается уборкой. Папу убили во Вьетнаме. У него были медали и все такое. Он не был ковбоем, как я.

Я поднял глаза и увидел шаттл. Взял чемодан и встал.

- Мне пора идти, - сказал я. - Надеюсь, ты вернешь пистолет. Много хороших ковбоев время от времени проигрывают драки.

- Их было трое.

- Вот именно. Адьос.

В качестве запоздалой мысли я протянул ему вестерн.

- Держу пари, там нет ни одного черного ковбоя, - сказал он и вернул мне книгу. - Я хочу такую, где есть черные ковбои. Больше не буду читать, если в них нет черных ковбоев.

- Уверен, такие есть, - сказал я.

- Должны быть.

Я сел в шаттл, и он отвез меня в другой отель. Я вышел и пошел туда, куда должен был, и по дороге бросил книгу в одну из тех проволочных урн, что стоят вдоль улиц.

Перевод: Zanahorras

Я написал эту историю для Роджера Желязны. Это была последняя антология, которую он редактировал.

Это была антология боевых искусств, и я был горд, что попал в нее. Я люблю боевые искусства и всю свою жизнь изучал их. Чтобы узнать об этом, загляните сюда и нажмите на МАСКУ ШЭНЬ ЧУАНЯ.

Он написал замечательное вступление, в котором похвалил мои работы, и это сделало мой день лучше. Мне понравились его работы, особенно короткие, и они повлияли на меня с самого начала.

Таже он был хорошим человеком.

У него были неприятности. Его доконал рак. И как раз тогда, когда мы только начинали дружить.

Таким образом, я получил по заслугам. Он был отличным парнем.

В шесть часов утра Ричард плыл на пароме от отеля на Кэй к Кристианстеду в компании нескольких туристов, таких же ранних пташек, как он, когда, повернувшись и взглянув в сторону берега, увидел большого ската, выпрыгивающего из воды; иссиня-серая кожа блеснула в утреннем солнце, как оружейная сталь, дьявольский хвост был оттянут в сторону, словно готовился рассечь воздух.

Скат парил, будто не был подвержен гравитации, зависнув в небе между паромом и берегом, на фоне складов и доков, словно фрагмент картины; затем почти беззвучно нырнул в пурпурные карибские воды, оставив после себя на воде морщинку солнечного поцелуя.