Абсолютно забыв о том, что секунду назад ему запретили ко мне прикасаться, он сделал отчаянный выпад и вцепился в мое запястье.

– Вы ничего не получите, ясно?! – завизжал он, брызгая слюной. – Вы, блядские ублюдки, даже не посмеете к ней прикоснуться! Сделка расторгнута, мы уходим!

Пока Маркус визжал и дергал меня за руку, Киллиан даже не сдвинулся с места. Его расслабленная поза излучала чистую, сокрушительную власть.

– Никто не станет трогать ее руками.

– Верно. Руки нам понадобятся только для того, чтобы держать ее за волосы, пока она ползает перед нами на коленях, – с дьявольской усмешкой подхватил Деклан. – Все остальное твоя невеста возьмет сама. И, клянусь, возьмет так глубоко, что забудет о твоем существовании.

Этот грязный, унизительный шепот прошиб меня насквозь. Я должна была испытывать ужас от того, что они собирались со мной сделать, но мое тело отреагировало иначе. Внизу живота вспыхнул пульсирующий жар. Трусики предательски намокли от одной мысли, что они поставят меня на колени. А соски под бордовым шелком затвердели так сильно, что любое скольжение ткани отдавало острой болью.

Маркус в панике попятился, но не успел сделать и шага. Дверь за его спиной бесшумно распахнулась, впуская двух громил в черных костюмах. Один из них ударил его под колени, заставляя с жалким скулежом рухнуть прямо к моим ногам.

– Пошли вы на хер… – выплюнул он, задыхаясь от боли и унижения.

Киллиан скривил губы и посмотрел на брата.

– Вышвырни этот мусор на улицу.

– С превеликим удовольствием, – Деклан хищно оскалился, неторопливо закатывая рукава своей дорогой рубашки.

Коротким жестом отослав охрану, он шагнул к Маркусу и легко, словно тряпичную куклу, сгреб его за воротник. Мой бывший заскулил, пытаясь вырваться, но Деклан поволок его по ковру прочь из VIP-зала.

Дверь за их спинами захлопнулась с тяжелым, глухим стуком. Я осталась абсолютно одна в этой клетке, пропитанной запахами дорогого скотча и кедра. Задыхаясь от паники, я вскочила с кресла и инстинктивно пятилась назад, пока не врезалась лопатками в стену. Но бежать было некуда.

Я перестала дышать, когда Киллиан неспешно поднялся из кресла. Не отрывая от меня взгляда, он расстегнул пуговицы на манжетах рубашки. С пугающей грацией он начал обходить стол, надвигаясь на меня.

– Не подходи ко мне, – мой голос предательски дрогнул, но я упрямо вскинула подбородок, отказываясь отводить взгляд от его ледяных глаз. – Мне плевать, что там проиграл этот трус. Я не принадлежу ему, а значит, я не принадлежу и вам. Вы не можете просто забрать меня, как какую-то шлюху на одну ночь.

Мужчина не остановился. Он сократил расстояние между нами, пока носки его туфель не коснулись моих. Киллиан навис надо мной, опираясь руками о стену по обе стороны от моего лица, отрезая все пути к отступлению.

– Ты абсолютно права, Сильвер, – его низкий шепот проник прямо под кожу, заставляя волоски на затылке встать дыбом. – Шлюхе платят, и утром она уходит. А ты – моя собственность на всю эту чертову ночь.

– Я не буду расплачиваться своим телом за долги этого трусливого ублюдка! – процедила я сквозь стиснутые зубы.

– У тебя нет выбора. Снимай кольцо. Твой трусливый мудак только что бросил тебя в клетку к волкам. И прямо сейчас мы проверим, стоишь ли ты его долга.

Глава 2

Киллиан

Мой взгляд был намертво прикован к Сильвер, пока глубоко в груди сворачивалась холодная, собственническая одержимость. Она сидела неподвижно, оцепенев от ужаса, зажатая в кресле рядом с куском дерьма, который имел наглость называть себя ее женихом.

От Маркуса разило кислым потом, животной паникой и дешевым пойлом, но сквозь эту тошнотворную вонь я чувствовал только ее. Она пахла нежной ванилью, терпким женским отчаянием и тем пульсирующим огнем, который так и умолял, чтобы я плеснул в него бензином.

Три гребаных часа я терпел этот цирк за покерным столом, пока мы обсуждали поставки и делили проценты. Но мой мозг маниакально фиксировал только эту девушку. То, как бесстыдно полз вверх край ее бордового платья, когда она меняла позу. То, как затравленно билась жилка на ее бледной, уязвимой шее. И то, как нервно Сильвер прикусывала пухлую губу. Этот влажный след сводил меня с ума, натягивая мои штаны до предела.

Проклятье, я был чертовски возбужден. Вся моя гребаная реальность сузилась до того, как тяжело и ритмично пульсировал член, упираясь в ткань моих брюк. Молния едва сдерживала мой раскаленный, свинцовую стояк, грозясь вырвать застежку с корнем.

Каждый раз, когда потные пальцы Маркуса сжимались на ее голой коже, мне приходилось физически заставлять себя не хватать хрустальную пепельницу, чтобы не размазать ему череп прямо за столом. Кровь на зеленом сукне – это грязно и плохо для бизнеса. Но мысленно я уже переломал ему каждый гребаный палец.