Прежде чем Ади успел ввести код, дверь над ними с грохотом распахнулась. Сиерра отскочила в сторону, уходя с линии огня узкой лестницы. Но Ади остался на месте, судорожно листая диски замка и вводя имя Веры.
— Ади! — закричала Картер.
Он был либо невероятно храбр, либо…
Никаких «либо». Он был просто невероятно храбр. Он рисковал жизнью, чтобы вытащить их оттуда.
Каблуки застучали по ступеням. Картер закрыла своим телом Бека. Сиерра следила за дверным проёмом. Сначала появился пистолет. Покрытый лаком ноготь дёрнулся на спусковом крючке — Сиерра рванулась слишком поздно — раздался выстрел, но одновременно с этим откинулась и крышка гроба. Ади отпрыгнул в сторону, когда манекен Дракулы выскочил наружу, тут же дернувшись назад от попавшей в него пули. Инерция всё равно понесла Сиерру вперёд, и она толкнула Симфонию под локоть, заставив её потерять равновесие. Картер сорвалась с места и сделала низкий подкат, целясь в ноги Симфонии. Этого захвата хватило, чтобы сбить женщину на пол. Картер попыталась прижать её, но Симфония вырвалась из хватки и ударила её ногой по лицу. Картер откатилась назад, схватившись за разбитый, окровавленный нос.
Сиерра замерла, когда Симфония, покачиваясь, поднялась на ноги. Она всё ещё держала пистолет, целясь прямо в Сиерру. Её красивое лицо было пятнистым от ярости, губы искривились в оскале.
Медленно Сиерра подняла руки, сдаваясь.
— Он пуст, — сказал Ади. — У тебя кончились патроны.
Симфония прорычала:
— Да неужели?
У Сиерры перехватило дыхание. Симфония выглядела слишком уверенной в себе. Слишком. Её взгляд метнулся к Ади, который подобрал меч и стоял у открытого гроба Дракулы. Глаза манекена светились красным, как у летучих мышей снаружи, клыки были оскалены.
— «Резня в мавзолее», — прохрипела Симфония. — Вот каким будет заголовок. Моя карьера, может, и кончена, но я уйду со вспышкой славы. Никто и никогда не забудет имя Симфонии Парвеш. — Её губа дернулась: — И моё имя больше никогда не затмит твой проклятый отец.
Ади держал меч как бейсбольную биту, готовый к замаху:
— Ты так уверена?
Она рассмеялась:
— Ты так рвёшься защищать Виктора Каннингема? Ты даже не знаешь его.
— Он лучше тебя. Должен быть лучше.
Симфония перевела пистолет на него:
— «Жестокость с вампирами!» — В её голосе звучали безумные нотки. Она повела стволом в сторону Картер, всё ещё лежавшей на полу: — «Танец с дьяволом!»
Ади посмотрел на Сиерру, сжав челюсти, его глаза горели. Раз, — беззвучно артикулировал он губами.
Раз? Раз что?
Симфония направила пистолет на Бека:
— Больно? — пропела она с наигранным материнским сочувствием.
— Я… в полном… порядке, — прохрипел Бек.
— Ненадолго, — сказала Симфони.
Два, — показал губами Ади.
Господи Иисусе. Что происходило?
Симфони снова перевела ствол на голову Ади.
— Три!
— Нет! — закричала Сиерра, бросаясь наперерез дулу ровно в тот момент, когда Ади развернулся и с силой вогнал меч в грудь Дракулы. Манекен повалился вперёд. Потайная дверь в задней стенке гроба распахнулась, открывая вид на кучу полицейских и Раниэль Расселл…
Раздался оглушительный хлопок. Картер закричала.
Сиерра в ужасе отшатнулась назад. В углах глаз вспыхнули яркие цветные пятна. Всё-таки это был последний патрон.
Ади ошибся.
Она доверила ему свою жизнь. Она действительно доверилась ему, и вот… вот что она получила за то, что поверила хоть кому-то. Никогда больше. Никогда…
Всё смешалось, когда мимо неё рванулись люди. Кто-то сбивал Симфонию с ног, выкручивая пистолет. Другие толпились вокруг Бека. Звук выстрела всё ещё эхом отдавался в ушах Сиерры. Она слышала его снова и снова.
Прошло много времени, прежде чем пришла боль. Или хоть какие-то следы крови.
Повсюду были вспышки света. И выстрелы. Ещё больше пуль, ещё больше взрывов…
— Сиерра. Сиерра! — Ади был рядом с ней.
— Я… Она… Она застрелила меня…
— Она не стреляла в тебя, — сказал Ади. — Это фейерверк. Ты не ранена.
Сиерра оторвала взгляд от своего туловища и увидела, как из потайных карманов в каждом углу комнаты вылетают мини-вспышки огней.
— Фейерверк, — слабо проговорила она.
Ади ухмыльнулся:
— Фейерверк. Для финала.
Сиерра ощупала себя. Ни боли, ни крови, ни дырок от пуль:
— Черт возьми. — Придя в себя, она изо всех сил стукнула его в грудь: — Я поверить не могу, что ты это сделал!
— Что сделал? — спросил он, потирая ушибленное место.
— Начал считать и ждал, что я догадаюсь, что, черт возьми, ты творишь! Ты из ума выжил?
— А что я должен был делать? Показывать пантомимой?
— Я доверилась тебе!
— Ну да, и всё закончилось хорошо, разве нет? — Его выражение лица смягчилось: — Но спасибо. Спасибо, что прыгнула под воображаемую пулю ради меня.
— Никогда. Больше.
— Вы имеете право хранить молчание…