— Лера, Лера! — мужчина одобрительно поцокал языком, а после отстранился, чтобы получше разглядеть гостью. — Ничего себе ты вымахала! Теперь понимаю, почему твой старик так гордится тобой! Ты у нас – настоящая красавица! Скажи же, Герман?

«Ох, лучше бы он его не спрашивал…»

Тот лишь недовольно скривился и презрительно фыркнул:

— Не льсти ты ей, отец! Короной обзаведется – сшибать замучаешься!

Станислав Юрьевич удивленно посмотрел на старшего сына, но промолчал.

Зато его мать оказалась менее сдержанной.

— Герман! — возмутилась она, будучи совершенно обескуражена поведением сына. — Ты что себе позволяешь? Немедленно извинись!

Не удостоив ее даже взглядом, мужчина быстрым шагом поднялся наверх.

В гостиной повисло неловкое молчание. И эта воцарившаяся тишина угнетала Леру похуже всяких оскорблений. Ее сердце колотилось в груди так сильно, что уши закладывало от бесконечного рева собственного пульса.

«Ах, вот, значит, как? Это ты зря! Девушек обижать – себе дороже!»

— Лера, — Давыдов-старший старательно подбирал слова, — прости! Герман у нас… он… у него очень сложный характер! Очень! Мне жаль…

— Не стоит, Станислав Юрьевич, — девушка улыбнулась через силу.

— Знай, мы на твоей стороне, милая, — поддержала мужа Маргарита Алексеевна. — И если вдруг надумаешь расцарапать ему лицо за нанесенное оскорбление – вперед! Заступаться за него мы точно не станем! Заслужил!

— Это ни к чему, — успокоила их Лера, — все в порядке.

— Вот и хорошо, что всем хорошо! — встрепенулся Глеб. — Вам – спокойной ночи! А нам пора! Выпьем с горя! Где же кружка?

— Стой где стоишь, молодой человек! — гаркнул на сына Станислав Юрьевич. — Твоя безответственность меня уже порядком утомила! У вас с братом завтра очень важная встреча. Так что сегодня никаких попоек! Поднимайся к себе и хорошенько выспись. Живо в кровать – все мероприятия отменяются!

Глава 3

— Завтра встреча с итальянцами, — пояснил Глеб, когда они пристыженно возвращались с несостоявшихся увеселительных мероприятий – каждый в свою комнату, — вот и озверели все!

Валерия слушала его вполуха.

Без конца прокручивала в памяти слова Германа.

«Не льсти ей отец! Не льсти ей!»

Она могла сколько угодно утверждать обратное, но врать самой себе бессмысленно. Да, Давыдов задел ее женское эго. Действительно задел.

И если о причинах его пренебрежения и холодности Лера худо-бедно догадывалась, то собственная реакция на мнение Германа о ее внешности… неприятно удивила. Казалось бы, какая разница? Но нет! Разница была!

— С итальянцами, — рассеянно повторила она за ним последнюю фразу. А когда до нее дошло-таки, о чем он толкует, Лера уставилась на друга широко распахнутыми глазами. — Итальянцы, Глеб?

— Что тебя так удивило? — беззлобно фыркнул парень. — У нашей фирмы очень много иностранных партнеров.

— Ничего себе! — восторженно присвистнула девушка. Сотрудничество с зарубежными фирмами свидетельствовало о высоком уровне и репутации компании. — Круто! А на чем специализируется ваш холдинг?

Давыдов поморщился, явно оттягивая момент истины:

— Да так! Всего понемногу…

— Глеб?

— М-м-м?

— Только не говори, что никогда не интересовался этим вопросом! Ты не знаешь, чем зарабатывают на жизнь твои родители и брат?

— Скажешь тоже! — молодой человек прислонился спиной к стене, с достоинством выдержав ее колючий взгляд. — Знаю, конечно! У мамы свой цветочный магазин. Она помешана на нем. В доме, куда ни глянь, везде ее букеты. А отец и Герман тащат на своих плечах основной семейный бизнес.

— Ты не знаешь! — удивленно подытожила Лера, скрестив руки на груди. — Станислав Юрьевич прав! Безответственно…

— Мне просто неинтересно все это, ясно? — вспылил на ровном месте Глеб. Однако во взгляде его появилось что-то, отдаленно напоминающее стыд. — Пожалуйста, Лера, хоть ты не заставляй меня!

— Я не хотела… извини!

Валерия замолчала, взволнованно прикусив нижнюю губу.

«Да какая мне вообще разница? Вот кто меня за язык тянул?»

— Лерок, — ласково позвал друг, обхватив ладонями ее плечи, — ты тут ни при чем. Просто надоело. Они все решают за меня! Как жить! С кем быть! С кем спать! Задолбало уже! Я так мечтал стать режиссером, а стал в итоге… чертовым экономистом!

Лера нежно улыбнулась ему:

— Я знаю, Глеб! Знаю!

— Так не хватало тебя! — прошептал он вдруг, заключая в свои объятия.

— Да брось! — беззаботно хохотнула. — Зуб даю, что скучать тебе не приходилось! Вон, красавец какой – глаз не оторвать! Бедные девушки. Скольких уже с ума свел?

— Лера, Лера! — с горечью в голосе произнес Давыдов. — Не сравнивай ху… то есть нос с пальцем! Они – сучки, а ты – друг! Их – тысячи, ты – одна!

Смеясь, девушка высвободилась из его объятий.

— Завтра важный день! Тебе пора отдыхать.

— И тебе тоже!

— Ну, ступай тогда. Потом поболтаем.

— Угу!

— Спокойной ночи, бунтарь! — все еще улыбаясь, она чмокнула парня в щеку.

— Сладких снов, бандитка! — отозвался он.