— Что ж, — произнес он нараспев, — постараюсь объяснить доходчиво! Понимаешь, Лера, даже если сейчас ты полностью разденешься, встанешь в мою любимую позу – на четвереньки – и начнешь призывно раскачивать задницей, мое тело все равно на тебя не отреагирует! Вообще никак! Это тебе ясно? Так что расслабься и делай, что тебе говорят! Хорошо?
Валерия молчала, тяжело дыша. Ее щеки жгло от унижения и стыда.
А кожа покрывалась мурашками не то от холода, не то от его близости.
Аромат мужского парфюма вперемешку с дорогим лосьоном щекотал ноздри. Чужое дыхание опаляло висок, заставляя сердце биться быстрее.
— Хорошо? — повторил Герман, не дождавшись какой-либо реакции.
Желая, чтобы ее оставили в покое – и как можно скорее, Лера кивнула.
— Вперед! — он отстранился и небрежно махнул рукой в сторону ее чемодана.
— Ненавижу! — зашипела девушка, торопливо выскакивая из автомобиля.
— Можно подумать, я тебя прям обожаю! — прилетело в ответ.
Глава 2
Семейный особняк Давыдовых представлял собой огромное двухэтажное здание. И от его внутреннего убранства без преувеличения захватывало дух.
Изысканно! Роскошно! Стильно!
Валерия так и застыла в дверях, не решаясь шагнуть на дорогущий паркет. Герман, как истинный джентльмен, пропустил ее вперед. И теперь был вынужден дожидаться, когда она наконец выйдет из образа статуи.
— Лерочка, милая! — озаряя все вокруг своей счастливой улыбкой, к ним стремительно приближалась лучшая подруга матери. — Добро пожаловать!
Чувственно всхлипнув, женщина крепко сжала гостью в своих объятиях.
Валерия невольно зажмурилась. Ее накрыло мощной волной спокойствия и щемящей душу нежности. Нежности, которой она давненько не ощущала. Трясущимися руками Лера обняла женщину в ответ и тихо прошептала:
— Маргарита Алексеевна…
— Дай взглянуть на тебя! — отстранилась та. — Как же ты выросла с момента нашей последней встречи! Какой красавицей стала!
— Спасибо! — девушка благодарно улыбнулась.
— Как долетела? Отцу уже позвонила?
— Еще нет.
— Ничего страшного! Успеется! — все так же улыбаясь, Давыдова сжала ее ладони в своих. — Располагайся, солнышко! И чувствуй себя как дома!
— Спасибо, что приютили. Вы очень добры!
— Полно тебе, Лера!
— Нет, серьезно! Я не хотела стеснять вас! Но папа… он настоял!
— И правильно сделал! — искренне возмутилась женщина. — Разве могло быть иначе? Ты даже не представляешь, как все мы ждали тебя!
— Правда?
— Конечно, правда! — она вновь улыбнулась, а после обратилась к Герману: — Сынок, отнеси Лерин чемодан наверх. И будь добр, помоги ей освоиться.
Спирина прямо затылком почувствовала его тяжелый испепеляющий взгляд.
— Нет-нет! — попыталась воспротивиться. — Я сама справлюсь…
— Тихо! — бесцеремонно прервал ее Давыдов, вынуждая замолчать. — Куда конкретно вещи нести?
Маргарита Алексеевна одобрительно кивнула:
— Я приготовила для нее комнату, смежную с твоей.
— Зачем? — грозный рык. — Там же спальня Глеба!
— И что? Твой брат дома почти не бывает. Поэтому он с радостью уступил Лерочке свое место, а сам временно переехал в комнату для гостей. И между прочим, это его личная инициатива! А у тебя разве есть возражения, сын?
***
Сказать, что Лера чувствовала себя неуютно – не отразить и сотой доли действительности. Временами ей хотелось просто сквозь землю провалиться.
Как ни крути, а не ожидала она столь «радушного» приема от Германа.
Догадывалась? Предполагала? Естественно! И все же… не ожидала.
Исполняя предписания родительницы, Давыдов показал ей нужную комнату.
Однако оставлять в одиночестве не спешил. Почему? Да черт его знает!
Лера в свою очередь старалась смотреть куда угодно, только не на него.
На шикарное убранство, от которого дух захватывало.
На окно, за которым виднелся огромный сад с бассейном.
На свои сцепленные в замок пальцы, в конце концов.
Герман же скромностью не отличался. Нацепив на лицо наглую ухмылку, он принялся откровенно разглядывать ее. Медленно. Внимательно и дерзко. Ничуть не смущаясь, жадно скользил оценивающим взглядом сверху вниз и обратно, словно пытался понять, осталось ли в ней хоть что-то от девчонки, которую он знал когда-то. Много лет тому назад.
«Тебя ждет разочарование! Я слишком сильно изменилась за эти годы!»
— Прекрати! — Лера не выдержала первой.
— Прекратить что? — он даже не попытался скрыть усмешку.
— Хватит уже таращиться на меня, как…
Фыркнув, мужчина приблизился вплотную, заставляя умолкнуть.
— Как? — уточнил с легкой хрипотцой в голосе.
Инстинкт самосохранения вопил во всю глотку, предупреждая об опасности. Не в силах устоять на месте под его натиском, Валерия попятилась назад.
— Не знаю, — усталый вздох. — Но мне этот взгляд не нравится! И если ты не перестанешь…
— То что? — он откровенно над ней глумился. — Что ты сделаешь? Закричишь?
— Возможно…
— А давай!
Все, тупик. Дальше отступать было некуда. Осознав, что упирается ногами в спинку кровати, она запаниковала по-настоящему.
— Кричи! — повторил с нажимом. — Или просто… скажи мне правду!