По итогу я добрался до школы только к началу третьего урока, как раз к сдвоенной физ-ре. Хоть разомнусь, и, возможно, устрою себе сегодня выходной-отсыпной. Все, о чем я мечтал в последние дни – продрыхнуть часов десять подряд…

Кивнув физруку, я забежал в раздевалку, на ходу расстегивая толстовку. Бросая ее на лавку, остановился около своей кабинки, сосредоточив взгляд на крупной черной надписи.

Леднев – вор! Украл деньги у детей сирот…

Глава 24

Я еще раз перечитал надпись, в глубине души все еще надеясь, что это какой-то пранк. Может, решили меня разыграть?

Нет. Такими вещами не шутят. Это серьезное обвинение.

Некоторое время я таращился на испорченный шкафчик, остро ощущая приближение чего-то нехорошего.

Наконец, до меня дошло, что речь, наверняка, о сборе средств для благотворительной организации. Кажется, упоминался какой-то дом малютки.

Я вспомнил, потому что на днях сам кинул в один из расставленных по школе кубов пять косарей с аванса.

Чувство сопричастности к большому общему делу – важнее некоторых моих хотелок, и пофиг, что потом пришлось пару дней работать сверхурочно. Как сказал какой-то умник, главное ведь быть богатым не финансово, а душевно…

Вот я и обогатился. Да только опять не свезло…

Леднев – вор! Украл деньги у детей сирот…

Ну, спасибо, ребятки. Нашли крайнего.

Вспомнился слоган школы «Триумф» – «Мы воспитываем духовно богатых людей…».

Воспитали, на свою голову.

Сегодня эти «духовно богатые» подставили меня, а завтра предадут друг друга.

Внезапно я осознал, что слишком надолго завис в раздевалке. Наверняка, мои однокласснички уже заждались «вора».

Переодевшись, я присоединился к игре в пионербол, мгновенно ощутив на себе десятки взглядов исподтишка: осуждающих, насмешливых, любопытных…

Вместо приветствий большинство ребят отворачивались, либо опускали глаза. Впервые в жизни я примерил на себя шкуру изгоя. Ха! Приятного мало.

- Леднев, не спи! – резко обратился ко мне физрук, делая красивый пас.

Поймав мяч, я отправил его Андрюхе, который, кивнув, единственный из всей своры «духовно богатых» поприветствовал меня скупой улыбкой.

Сердце выделывало кульбиты под ребрами, однако я не собирался показывать своих истинных эмоций, ожесточенно включаясь в игру…

Хрен им, а не мои эмоции!

Только не давало покоя, кто же за всем этим стоит?

Ярость во все стороны раздувала, растягивала нутро, будто это воздушный шар. Того и гляди, рванет… Главное, хоть в этот раз поступить по уму.

Однажды я уже по собственной тупости словил отчисление из школы… Трусливые шакалята ведь только этого и ждут, пытаясь вывести меня на эмоции.

Только презумпцию невиновности еще никто не отменял. Лицо считается невиновным, пока его вина в совершённом преступлении не будет доказана в порядке, предусмотренном законом.

Я раздражающе лыбился, обводя некоторых одноклассничков въедливым взглядом, а сам мысленно представлял, как разделаюсь с зачинщиком.

А я с ним непременно разделаюсь, тут вообще без вариантов.

- Максим! Не тормози! – повернув голову, я напоролся на пристальный взгляд Розы, пасующей мне.

Лицо кусачки сегодня выглядело бледнее, чем обычно. Глаза – как две черные бусины, с легко считываемым отпечатком грусти. И губы казались ярче. Налитые. Алые. М…

Мне чудом удалось избежать столкновения с Олейником. Кучерявый злобно скалился, открыто демонстрируя враждебность.

Готов поспорить, за всей этой дичью стоял именно он.

Ведь не может быть в одном королевстве двух королей? А этот патлатый хмырь до моего появления явно чувствовал себя здесь коронованной особой.

Точно. Король идиотов.

- Роза! – намеренно выкрикнул я, вновь возвращая мяч суетливой неумехе, с целью позлить ее чмошного парня.

Остаток физры прошел примерно в таком ключе.

Преобразовав сдерживаемую ярость в спортивную злость, я солировал на площадке, пасуя исключительно Розе или Андрюхе, намеренно выводя бойфренда Ледневой из себя.

Однако по-настоящему напряжение сгустилось, стоило нам с Олейником и его прихвостнями оказаться в раздевалке.

Быстро приняв душ, я натянул шмотки, продолжая гнуть свою линию полного игнора, что, ожидаемо не понравилось Олейнику и Ко.

- Парни, ну че, выяснилось кто свистнул деньги? – посмеиваясь как гиена начал Артур.

- Не-а… – тут же лениво подхватил Олейник. – Но я слышал, как учителя обсуждали, что такое в нашей школе впервые…

- Это ж надо украсть деньги, предназначенные для дома малютки?! – намеренно громко сокрушался еще один пустоголовый дружок кучерявого, хлопая дверью шкафчика.

- Надеюсь, справедливость восторжествует, и эта тварь получит по заслугам… – проходя мимо меня, проблеял патлатый урод.

Не оборачиваясь, я застыл, ощутив напряжение в каждой мышце тела.

В ушах звенело. Из носа разве что дым не валил… Кулаки чесались адски. Я с трудом сдержался, чтобы не снять зуд об тупую морду Олейника.