Проснулась от шума проливного дождя, который настойчиво барабанил в окно. В комнате было мрачно, почти темно из-за непогоды.

Я взглянула на часы. Половина одиннадцатого утра!

Вот черт!

Я резко вскочила и ринулась в ванну. Будильник-то я забыла активировать вчера! Но Александр Владимирович почему тогда меня не разбудил? А может, он пытался? Может, он стучал в дверь, а я не слышала?

Душ и сушка волос заняли ровно пятнадцать минут. Пока надевала платье, краем глаза заметила значок о принятом электроном письме на экране ноутбука. Быстро подошла к нему и щелкнула иконку. Сообщение было от Огнева.

«Доброе утро, Вероника.

Думаю, Ваше присутствие на встречах с фон Бергом необязательно. Я останусь в Женеве еще на три дня, а Вы улетите домой. На Ваше имя был заказан билет в Москву. Мария вышлет детали.

P. S. Вы выглядели уставшей вчера, поэтому решил не будить Вас.

Президент холдинга «РоссКорп»

Александр Огнев»

Я медленно присела на край кровати и уставилась на свои пальцы, нервно теребящие подол платья. Затем стянула покрывало и укуталась в него.

Холодно! Боже, как холодно!

Официальный тон письма и исходящий от него мороз, который прошиб меня до самых костей, указали мне мое место. Место, которое находилось не рядом с Огневым.

Я взглянула на свое отражение в зеркале напротив кровати. Сгорбившаяся, бледная, с затравленным взглядом, которого я давно не замечала в своих глазах, я словно постарела лет на десять. Я резко отвернулась и откинулась на кровать.

Только не смей плакать!

И не буду. Я сильная. Если выжила год назад, несмотря на ужас, через который мне пришлось пройти, то выживу и сейчас.

Глава 8

— Время обедать, — я повернула голову и взглянула на Надю. Она стояла за спинкой моего кресла, держа мое пальто раскрытым.

— Угу, вот только отправлю письмо и сразу же к вам присоединюсь. Вы идите, я вас догоню, — я снова повернулась к монитору. — А пальто мое можешь повесить обратно в шкаф, пока я...

Договорить я не успела, Надя перегнулась через мое плечо и нажала кнопку на мониторе. Экран тут же погас.

— Эй, я тут работать пытаюсь... — возмущенно начала я.

— Девочки, почему вы ссоритесь? — спросил Олег Эдуардович, появившийся на пороге нашего кабинета.

— Да вот, ваша Вероника, как обычно, хочет увильнуть от обеда, — обвинительно сказала Надя.

— Вероника, нельзя же так, — Олег Эдуардович осуждающе посмотрел на меня. — Так и заболеть можно. Работа не волк, в лес не убежит.

— Не убежит, Олег Эдуардович, к сожалению, не убежит, — пробубнила я обреченно и позволила Наде накинуть на себя пальто. Я взяла сумку, и мы вышли из кабинета. Ворошилов отправился к себе, попросив принести и ему обед.

В ресторане, который находился напротив нашего здания, к нам присоединились еще несколько человек. Это была Марина, немного полноватая позитивная хохотушка, которая проходила практику в отделе бухгалтерии, и Андрей — помощник Сергея Миронова, зама Огнева. Все мы были примерно одного возраста, кроме Нади, нам было весело и легко. Марина звонко смеялась. На наш столик иногда осуждающе смотрели посетители, но нам всем было все равно. Надя то и дело шикала на нас:

— Ш-ш-ш, дети, ведите себя прилично.

— Надь, можем мы хотя бы немного расслабиться? Закончится обед — и снова на каторгу, — сказал Андрей.

— Ну, может, для тебя и каторга, Андрюш, а вот для меня работа в «РоссКорп» — это кайф, — ответила Марина. — Я очень надеюсь, что, окончив практику, мне предложат место.

— Вполне может быть. Ты, главное, прояви себя. Вот что мне нравится, так это то, что Огнев берет на работу молодых людей, даже тех, у кого нет стажа. У него такая политика — давать шанс молодым, но перспективным, с потенциалом работникам. Лодыри тут не задерживаются.

— Вероника, а правда, что ты месяц работала личным ассистентом Огнева? — Марина с интересом смотрела на меня.

— Правда, но не месяц, чуть меньше, — мой голос был ровным, только ложка в моих пальцах немного дрогнула, звякнув о край тарелки.

— И какой он?

— Кто? — мой голос был немного грубоват.

— Огнев. Какой он? — Марина была настойчивой девушкой.

Я пожала плечами, не ответив на вопрос. Уткнулась взглядом в тарелку, продолжая есть суп.

— Я слышала, что он очень требовательный и любит порядок во всем. А еще я разок увидела его вживую, он прошел совсем рядом со мной. Он такой кла-а-а-а-ассный, — мечтательно протянула Марина, закрыв глаза.

Определенно меня раздражала эта Марина. Я отодвинула почти полную тарелку супа. Мне расхотелось есть.

— Ты почему не ешь?

Как я не любила этот родительский тон Нади.

— Суп пересолили.

— Мы едим один и тот же суп, Вероника. И он в меру соленый.

— А вот у меня чересчур соленый.

Надя зачерпнула ложку супа из моей тарелки и попробовала его. Затем внимательно на меня посмотрела.