Я обещал, что всегда буду рядом, когда тебе понадоблюсь, но снова подвел тебя. Твой голос, когда ты умоляла меня поверить тебе, после того как это чудовище измывался над тобой, звучит в моих ушах до сих пор. Я должен был поднять тебя на руки и унести из этого проклятого кабинета подальше, зацеловать каждый дюйм твоей кожи, чтобы смыть с тебя эти проклятые воспоминания. А я вместо этого избил ублюдка и ушел. Мне стыдно. Я не жалею, что избил его, нисколько. После того, что ты рассказала мне, моим первым желанием было отправиться к нему в больницу, и закончить то, что я не успел завершить. Мне стыдно за причины, побудившие меня ударить его. Ведь я делал это не ради тебя. Я делал это ради себя. Вымещал на нем злость за всех, кто когда –то обидел меня. За Айви, выбравшую Блэйка, за Мэнди с черт знает кем, за пятилетнюю Сюзан Эмерсон, что пошла на свидание не со мной, а Бобби Коулом…

Я недостоин тебя, Тэйлор. После нашего разговора я чувствую себя ничтожеством. Он мучил тебя, запугивал. Хрупкую девочку. Мою девочку, которую я обязан был защищать. Господи, он мог изнасиловать тебя… Если бы это случилось, я бы…я не знаю, как бы я смог жить. Я должен был выслушать тебя. Я должен был верить тебе. Я ненавижу себя за то, что такой слабак.

После того, как ты уснула в моих объятиях, я не мог сомкнуть глаз. Чувство вины раздирало меня на части… Ты ни разу меня не подвела и не обманула, но я предпочитал довериться теням прошлого. Глядя на тебя спящую, я обещал себе, что никогда больше не обижу тебя.

А затем в час ночи зазвонил твой мобильный. Конечно, я не удержался взглянуть на него . На экране был номер твоего бывшего, Томаса. И в одну секунду все вернулось вновь. Эти ненавистные роящиеся в голове вопросы и подозрения. Встречаешься ли ты с ним на стороне, солгала ли мне о нем, а если солгала, то. возможно, солгала и про Дарена... почему Винсент держал тебя за руку… Я проклинаю себя за эти мысли, но никак не могу выкинуть их из головы.

И тогда я понял, что всегда буду изводить тебя своими подозрениями и своей ревностью. День за днем буду душить твою любовь и уважение своей неуверенностью, пока ты , в конце концов, не возненавидишь меня.

Я влюблен в тебя, Тэйлор, но еще я люблю тебя. А любящие люди хотят самого лучшего для тех, кого они любят. Таким, какой я сейчас есть, я не лучший вариант для тебя. Поэтому я уезжаю. Представляю, как сейчас ты закусываешь губу и материшь меня по-испански. Бегу снова, да. Это у меня хорошо получается. На этот раз обратно в Нью-Йорк, где все начиналось.

Но причина, по которой я убегаю, вовсе не та, что ты думаешь. Я бегу не от тебя. Я уезжаю, чтобы разобраться в себе и попытаться стать кем-то лучше. Если я останусь в Лос-Анджелесе, то не выдержу и прибегу к тебе на следующий день, хотя и пообещаю себе и тебе этого не делать. Так же как я делал это, когда приезжал к тебе на работу и тайком наблюдал за тобой из машины. Ты была такой беззаботной и веселой в компании новых друзей, малышка. Такой я видел тебя лишь однажды - когда ты ехала за рулем моей машины. Самое прекрасное зрелище в моей жизни. Ты, расправившая крылья.

Памятуя о твоей любви к моей крошке, я оставляю тебе ключи. Завтра мой юрист переоформит ее на тебя. Я буду представлять тебя в ней, весело катящей навстречу новому счастливому дню, и как твои кудрявые, пленившие меня с первого взгляда, волосы развеваются на ветру.

Я не могу просить тебя ждать меня, пока я смогу привести свое дерьмо в порядок, я буду лишь надеяться на это. Мой номер останется тем же. Прошу, если когда-нибудь тебе понадобится моя помощь - не стесняйся ко мне обратиться. Что бы это ни было, я сделаю все, что в моих силах, чтобы тебе помочь.

Надеюсь, ты найдешь в себе силы простить меня, Тэйлор. Я влюблен в тебя. Я люблю тебя. Но порой этого недостаточно.

Я не могу дышать, не могу сделать ни одного вдоха. Огромная черная пропасть внутри меня не дает мне. Даже слез нет. Солнце и звезды потухли, все живое погибло. Перед глазами темнеет. Комкаю бумагу в руках, прижимая ее к животу, и ору в пустоту квартиры, что есть силы:

-Ненавижу тебя! Будь ты проклят! Я ненавижу тебя!

33

Широкое бежевое кресло бизнес-класса вжимает меня в себя по мере того, как самолет набирает высоту. Я ненавижу летать с детства, но другой возможности добраться до Лос-Анджелеса, не состарившись, нет. Я родился и вырос в Нью-Йорке, но меня не покидает ощущение, что сейчас я возвращаюсь домой. Наверное, потому что дом там, где твое сердце, а мое бьется за четыре тысячи миль от тела, там, где я оставил его три месяца назад.

- Мистер Лотнер, могу я вам что-нибудь предложить? Шампанское, вино, минеральную воду?

Подняв голову, упираюсь взглядом в кукольное лицо с глянцевыми губами.

- Воду, - коротко улыбаюсь стюардессе, перед тем как опустить взгляд в телефон.- И Wall street Journal, пожалуйста.

- Может быть, хотите что-то еще? - не унимается барби, наклоняясь ближе, так что ее грудь, обтянутая белой форменной рубашкой тенью нависает надо мной.