- О том, что я хочу, чтобы все знали: ты моя. Значит, так и будет, - отчеканил он резко, будто я собиралась спорить. Вместо этого мои глаза расширились, губы безмолвно открывались и закрывались. Я не знала, как на это реагировать. Да и вообще, хотела ли я подобной откровенности перед всем честным народом? Ведь назад пути не будет, а наша короткая интрижка могла закончиться уже завтра. - Не переживай, я помогу тебе подтянуть некоторые предметы. Оплату беру натурой.

Стоило мне открыть рот, дабы что-то сказать, как Вяземский, сжав мою шею, впился в губы таким поцелуем, что из головы вылетели все мысли. С каждой секундой напор все нарастал, поцелуй становился глубже, грязнее.

Я и не заметила, как мужчина успел расстегнуть брюки, только услышала удар бляшки ремня о пол душевой кабины. Один глубокий толчок - и он вошел в меня до предела, заставляя забыть свое имя. Впившись пальцами в плечи Вяземского, я откинулась назад, ощутив губы мужчины у себя на шее. Они терзали кожу, засасывали, кусали… Каждый новый толчок доводил до безумия, исступления, головокружения.

В какой-то момент напряжение стало настолько невыносимым, что оргазм накрыл мощной лавиной, и я начала извиваться в объятьях мужчины, как уж на сковородке. Вяземский жадно ловил губами каждый мой стон, будто напиваясь ими, но стоило мне затихнуть, как он вдруг прошептал на ухо:

- Это еще не конец…

Осторожно поставив на ноги, развернул меня лицом к стеклу, заставляя немного прогнуться. В какое-то мгновение, хватаясь руками за бортики, я считала, что не выдержу больше. Мой лимит достигнут. Но стоило Вяземскому провести ладонью дорожку от шеи до ягодиц, как сработал генератор, подстраивающийся под настроение ректора за секунды.

- Моя нехорошая девочка, - выдохнул он мне в ухо, а затем толкнулся бедрами вперед. И все началось заново. Время перестало существовать. Температура воды не ощущалась. Стоны, рыки, крики… Все смешалась в одно. Оргазмы накрывали один за другим, и каждый раз казалось мало. Наоборот, хотелось большего. Не отпускать этого мужчину от себя, остаться с ним в этой ванной навсегда…

- Спи, - уже на рассвете мы обессиленные упали в постель. Сонный Вяземский подмял меня под бок, вдобавок еще и ногу сверху закинув. Словно выкрикивая: «Не отпущу». Чмокнул меня затылок и тут же умиротворенно засопел.

А мне почему-то не спалось. Около часа я мучилась, пытаясь разобраться, что не так? А затем вдруг поняла: все было слишком идеально. Рядом со мной лежал мужчина, которого я знала от силы несколько дней. Он невыносимый сноб с самомнением царя… Но я четко понимала, что влюбляюсь. Уже сейчас было тяжело представить, что будет, если завтра все закончится.

Это неправильно. Так не должно быть. В конце концов, опасно.

- Фух… - стерев пот со лба, я все же встала с постели, аргументируя это тем, что безумно хочу есть.

Найти холодильник не составило труда. Внутри были только нарезки: овощная, фруктовая, колбасная и сырная. Подумав, что Вяземский не обидится, если я немного прорежу его запасы, сделала себе несколько бутербродов и, усевшись на барный стул, принялась рассматривать все вокруг.

Как оказалось, из окна открывался вид на озеро. Солнце уже заглядывало в зал, освещая светлое помещение. Почему-то я могла представить здесь Лию. Ей понравится этот дом. Уверена, с Вяземским они тоже подружатся…

- Стоп! - поперхнувшись от мыслей, которые возникли в голове, я подскочила с места в поисках воды. Но чайника на столе так и не нашла, зато на рабочем столе мужчины была целая бутылка воды, которой я вдоволь напилась.

Я уже была готова идти спать, оставив тяжелые мысли на завтра, как вдруг мой взгляд зацепился за фото на столе. Там был Вяземский на фоне красивого океана. В одной его руке была удочка, а другая - оплетала тонкую талию уже знакомой мне девушки. Жанны.

Они казались такими счастливыми… Горящие глаза, широкие улыбки… А что теперь? Все закончилось. И неизвестно, как сложилась бы их судьба, не окажись я рядом. Долгие отношения закончились из-за какой-то студентки… И чем я, получается, лучше Иры и Паши?

В груди возникла непонятная тяжесть, отчего из глаз покатились слезы… Просто возвращаться в спальню не было сил. Свернувшись калачиком на диване, я провалилась в глубокий сон, пообещав себе, что завтра все это закончится, и я больше не стану камнем преткновения между людьми.

Часть 20

Я проснулась от какого-то назойливого, жужжащего звука, мешающего наслаждаться крепким сном. Меньше всего мне хотелось отвлекаться от той реальности, где Вяземский массирует мне ступни, кормит фруктами и…

- О, боже… - подорвавшись с места, как умалишённая, я осознала сразу несколько вещей: институт я проспала, работу тоже. А также каким-то чудом оказалась снова в постели ректора. - Черт! Черт! Черт!

Мотаясь по комнате, не могла понять, откуда исходит звук. Пока мой взгляд не упал на столешницу, за которой отчаянно звонил мой мобильник. Повеселились мы вчера с Вяземским на славу…