Нет, он, конечно, давно не в духе. Но таким вижу его впервые. От него сейчас буквально искры летят.

— Ты что такое говоришь? — смотрю на него и не верится, что Кир может все эти злобные слова бросать. — Я ни с кем здесь не целовалась. Ты сам все надумал. На пустом месте. Суворов сидел рядом со мной на лавке. Мы с ним говорили.

— Я, по-твоему, идиот? — рявкает.

— Ну сейчас ты ведешь себя именно так.

— Знаешь, я пока что в состоянии отличить, когда кто-то целуется, а когда просто на лавке сидит.

— Тогда думай как хочешь, — устаю ему что-то доказывать. — Я вообще не должна оправдываться. Даже если бы и правда целовались.

— Вот, — с мрачным торжеством заключает Кир, кивает. — Что и требовалось доказать.

— Что? Ты хоть сам себя слышишь?

— Слышу, и со зрением у меня проблем нет.

— Отстань, пожалуйста, от Лизы. Прекрати ее доставать.

— Да мне плевать на нее, — отмахивается.

— Вижу. Тебе на всех плевать.

— Нет, Даш, ты сильно ошибаешься.

Он вдруг шагает ко мне, оказываясь совсем близко, и я невольно отступаю назад, упираюсь спиной в прутья железной ограды.

А Кир еще ближе подступает.

— Я думал, ты… другая.

Его ладонь накрывает прут рядом с моим плечом, сжимает в кулак. Хочу отойти от него, отклонившись в другую сторону. Но Кир берется за другой прут, мешая мне.

— Думал, тебя бабло не волнует. Без разницы тебе на статус, на всю эту популярность.

— Я не понимаю, о чем ты.

— Все девки в универе от Суворова пищат. Ну почти все. За Бешеным тоже полно дур бегает. Вон, даже Лизка повелась.

— Кир, что ты…

— У них бабло, Даш, — обрывает он. — Куча бабла. У Бешеного за бои круто идет. А Суворов от своих родаков получает. Короче, вам всем только одно и надо. Бабло. У кого больше, за тем девчонки и помчат.

— Бред, — выдаю. — Хватит, Кир. Причем здесь деньги?

— Ой да ладно тебе заливать, — бросает он, скривившись. — Или хочешь сказать, что встречалась бы с парнем, даже если бы у него ничего не было? Пошла бы на свидание с пацаном без бабла? Без крутой тачки?

— Да, Кир. Не все замыкается на деньгах. Извини, конечно, но тебя будто заклинило на этой теме. Я так понимаю, ты и в гонки эти полез, потому что решил, что там хороший заработок.

— Хороший, но ты мне все обломала.

— Прости, что не хотела, чтобы ты влип.

— Менты сами там все крышуют. Я тебе говорил…

— Причем здесь полиция? Неизвестно, что вообще могло произойти. Разве там машины проходят техосмотр? Кто-то следит за этим?

— Не нуди.

— Все, отойди от меня.

Отталкиваю его, но он не сдвигается с места.

— Стой, Даш, не договорили.

— Нет, я от тебя услышала достаточно гадостей.

— Значит, ты сейчас с Суворовым не из-за бабла?

— Я не с ним! — уже срываюсь и повышаю голос.

— Чисто случайно у него все есть, да? — продолжает наседать Кирилл. — Ну просто совпало так, что из всех парней в универе ты его выбрала?

— Да не выбирала я его! — выпаливаю. — Суворов — последний парень на земле, с которым бы я стала встречаться!

— Уверена? — Кир усмехается и отталкивается от ограды, отпуская прутья, отходит от меня, чуть в сторону кивает, куда-то за мою спину. — А он-то кажется, об этом не в курсе.

Поворачиваюсь и вижу Суворова позади.

Он стоит, провалившись бедром к своему внедорожнику. Изучает меня немигающим взглядом.

— Ну не буду вам мешать, — слышится голос Кира, словно издалека.

+++

друзья, "Грешник" завершен, и у меня вышла очень горячая новинка -

23

Во рту предательски пересыхает.

Неудобно вышло.

Кир уходит, а Суворов шагает ко мне.

А от этого еще неудобнее.

Нервно поджимаю губы.

— Извини, — говорю. — Кир себе что-то надумал. Решил, будто мы встречаемся. А я… это все на эмоциях. Вылетело.

Что я говорю? Зачем оправдываюсь?

От такого ситуация только хуже становится.

— Этот олень тебя достает? — спрашивает Суворов.

Подвисаю, переваривая его слова.

Наши взгляды сталкиваются, а я даже не знаю, что тут можно теперь сказать. Фразы не идут с языка.

— Понял, — кивает Суворов. — Разберусь.

— Нет, — мотаю головой. — Не надо с ним разбираться. Не трогай его, пожалуйста.

— Идем, — говорит он.

Берет меня под руку, ведет к своей машине. А я настолько теряюсь от такой быстрой смены событий и от подавляющей уверенности Суворова, что даже не сопротивляюсь.

Лишь когда открывается дверца, удается сбросить морок.

— Ты что делаешь?

— Садись.

— Зачем? — убираю руку, освобождаясь от его захвата. — Мне домой надо. Так что я пойду.

— Я тебя отвезу.

— Спасибо, не нужно.

Пробую от него отойти. Вначале даже получается сделать несколько шагов мимо, но еще миг — и Суворов перехватывает меня за талию. Отрывает от земли, усаживает на сиденье и захлопывает дверцу перед лицом.

Стараюсь открыть.