Он переступает с ноги на ноги и хмурится. Робкий голос надежды еще призрачно различим в гуле моего отчаяния. Вдруг он фыркнет: «не дури, Тей», а потом подойдет и обнимет. Скажет, что был неправ и готов стараться, потому что, конечно, все так же меня любит.

— Если тебе так хочется – хорошо, — произносит он сипло.

Наверное, это и чувствовали смертники на гильотине, заслышав свист металла. Мертвецкий ужас и осознание того, что шанса остаться с головой точно нет.

— Да, мне так хочется, — по слогам выговариваю я. — Сегодня переночую и Дианы, а завтра соберу вещи.

Следом меня пружиной выбивает со стула и несет в гардеробную. Хорошо, что я не помешана на шмотках и много паковать не придется. А то, помню, когда Дианка съезжала от Кости, половина бабушкиной квартиры была заставлена пакетами с вещами.

Встав на цыпочки, я стаскиваю с верхней полки дорожную сумку и дергаю к себе.

Недаром говорят, что в стрессе открываются суперспособности, ибо раньше приходилось просить Влада ее достать, либо самой залезать на стремянку.

Мозги, кстати, работают четко, только тело одеревеневшее. Завтра надо ехать в главный офис, поэтому лучше захватить костюм и туфли на каблуке. А еще рубашку, коричневый шоппер, белый лифчик, пару трусов и футболку для сна. Вот и все, пожалуй. Нет смысла брать с собой много, если завтра я и так съеду.

Пока запихиваю все перечисленное в сумку, боковым зрением отмечаю, что в дверях стоит Влад. Чтобы перекусить горло надежде, которой давно пора бы сдохнуть, сильнее стискиваю зубы и с остервенением дергаю замок.

— Пожалуйста, не стой над душой, — Я закидываю сумку себе не плечо и выпрямляюсь. – Нужно было это сделать еще два месяца назад, чтобы не мучить ни тебя, ни себя. Так бывает, что отношения заканчиваются. Больно, но не смертельно.

Влад хмурится сильнее и снова переступает с ноги на ногу. Всегда делает так, когда сильно нервничает.

— Тея..

— Все, иди работай, — перебиваю я и смотрю в пол, чтобы спрятать набегающие слезы. — Я в курсе, что ты джентльмен, но сегодня меня провожать не надо.

2

Восемь лет назад

— Очень рад, что ты пришла, — Игорек толкает дверь и неуклюже жмется к стенке, чтобы меня пропустить. Проход у кафешки-то узкий. – Я здесь пиццу пару раз ел – мне понравилось.

Я мысленно хихикаю. Сразу видно, что Игорек влип в меня по уши. Вон как тараторит и преданно в глаза смотрит, как будто боится, что сбегу.

Если не считать потного лба, он вполне симпатичный. Рост выше среднего, волосы густые и, что важно, чистые, глаза из-под очков умные и одежда хорошо отглажена. Надеюсь только, что не мамой.

— Люблю пиццу, — киваю, перед тем как проскочить внутрь кафешки. От запаха запеченного теста во рту тут же собираются слюни и приходится незаметно сглотнуть, чтобы в разговоре случайно не вытекли. Я приехала сюда сразу после пары, голодная как овчарка. Денег осталось только на маршрутку до дома, так что я очень рассчитываю, что Игорек – не пополамщик и сам оплатит счет.

Официантка проводит нас за столик в центре зала и приносит меню. Я изо всех сил делаю вид, что не умираю от голода и чинно листаю страницы. Господи… Такие картинки, зараза, сочные. Все здесь хочу. И пиццу четыре сыра, и спагетти карбонару, и салат цезарь, и вот эту лепешку, как ее.. фокаччу.

— Выбирай, что хочешь, — важно заявляет Игорек. – Я буду лимонад и пиццу Маргариту.

— Я тоже буду пиццу… Только не Маргариту, а четыре сыра, — я с опаской смотрю из-за меню, следя за его реакцией.

Я неплохо читаю людей и пойму, если ему дорого. Много заказывать неудобно, но есть страшно хочется.

Вроде не краснеет и не ерзает. Фух. На ладно тогда. У него папа декан в нашем универе, так что наверняка гуляет не на последние..

— И еще.. М-м-м… салат цезарь, — быстро заканчиваю и захлопываю меню.

— Пить что-нибудь будете? – официантка на меня смотрит.

Я отрицательно трясу головой. Здесь лимонад стоит столько же, сколько салат. Попить я и дома смогу, а вот поесть – не факт.

Пока девушка повторяет наш заказ, я старательно ее разглядываю. На вид моя ровесница и униформа ничего такая. Интересно, много они тут получают и берут ли студентов? Мне работа бы пригодилась, чтобы комнату снять нам с Дианкой. А то вечно пустой холодильник и родительские пьяные оры уже достали.

— А ты, получается, на первом курсе учишься? – откашлявшись, произносит Игорек.

Все-таки смешной он. Спрашивает о том, о чем и так прекрасно знает. Он на три года старше учится и целый месяц ко мне и так и сяк подкатить пытается. Наверняка уж справки навел.

— Да, на бухгалтерском учете. А ты на экономе, да?

Говорю, а сама поверх его плеча смотрю, потому что чувствую чье-то внимание.