Я совершила мощный переход от недотроги к шлюхе, и этот новый образ жизни давался мне с трудом.

Глубоко вздохнув, я прижалась щеками к холодной кабинке и уняла бешено колотящееся сердце.

Может, умом я и не блистала, но тупой идиоткой не была.

— Это просто члены. Ничего серьезного, — прошептала я сама себе, вырыгивая сухие позывы в унитаз, и выпукивая тревожное количество белой субстанции. Я шлепнула себя по лицу, а затем раскинула руки и ноги для уверенности.

Паническая атака отступила, и я смогла разглядеть свою новую шлюховатую реальность такой, какая она есть: благословение.

— По сути, это они твои сучки. А не ты их сучка, — прошептала я, устраивая бой с тенью против невидимого противника.

В памяти вспыхнули воспоминания.

Я сказала Кобре, что люблю его, после того как он заявил, что я его вещь и принадлежу ему.

О боже мой, я их сучка.

Затем я усвоила один очень важный урок: удавиться туалетной бумагой невозможно.

Я взвыла от досады, когда эта гребаная бумага порвалась уже в десятый раз как раз тогда, когда я начала создавать нормальное натяжение, и чей-то женский голос окликнул меня:

— Ты в порядке там?

Я застонала:

— Почему она такая мягкая и податливая, но при этом рвется от любого чиха?

— Что?

— Ради святых титек бога солнца, просто дайте мне умереть в шлюшьем позоре.

Моя туалетная дама разозлилась:

— Ой, перестань, мы обе знаем, что никаких шлюх не существует.

Я завыла, прекрасно понимая, что веду себя как истеричка, но не в силах остановиться.

— Но как ты назовешь бабу, которую яростно трахают четыре мужика, и которой это нравится? — я содрогнулась. — Типа по-настоящему яростно, и типа по-настоящему нравится. Не могу передать словами, насколько сильно мне это понравилось.

Я на секунду замолчала.

— И сколько там было насилия. — я кашлянула. — Что бы ты ни представила, умножь на двадцать. — я закашлялась сильнее. — Настолько пугающе, насколько это вообще возможно.

Моя туалетная спасительница вздохнула:

— Я бы сказала, что она чертовски везучая баба.

Я глубоко вздохнула и взяла себя в руки:

— Ты даже не представляешь, как сильно мне нужно было это услышать.

Я толкнула дверь кабинки, и моя спасительница уставилась на меня.

Оказалось, что женская эмансипация выглядит как четырехфутовая женщина в кожаном костюме с вырезанными дырками на сосках.

— Ты так мудра, — мрачно произнесла я.

— Охереть, да ты же та девка, что только что выступала на платформе! — она шлепнула меня по руке с неожиданной силой. — Сука, я в жизни не видела мужиков привлекательнее. Если они тебе не нужны, я их заберу.

Я рассмеялась.

Она — нет.

— Меня зовут Дженни, живу в финансовом районе возле Третьей улицы. Скажи им, что я буду здесь каждые выходные.

— Эм… — я поджала губы, не до конца понимая, что происходит.

— Огромное спасибо. Ты лучшая. — Дженни обняла меня. — Передай им, что они найдут меня у выхода для персонала. Я буду ждать. — она улыбнулась и выпорхнула из уборной.

Я сузила покрасневшие глаза перед зеркалом, плеская в лицо холодную воду.

Что это сейчас было?

Я что, только что свела парней с другой бабой?

Я потерла лицо, размышляя, как все могло так запутаться.

С одной стороны: мне хотелось прибить Дженни только за то, что она посмотрела на моих мужиков. Но с другой: я чувствовала себя виноватой, потому что она на них рассчитывала и вытащила меня из кромешной тьмы.

Дилемма блядь.

— Это вообще-то женский туалет! — раздался за дверью голос Дина, и я вздрогнула от неожиданности.

— Знаю. Просто вали обратно к лестнице. Я подойду позже. Не мешай мне, — огрызнулся в ответ какой-то голос.

Голос показался знакомым, но я никак не могла сообразить чей он.

Это было единственное предупреждение.

Знакомый лысый альфа с сигаретой в зубах ввалился в уборную, нацелив пистолет прямо мне в лицо.

Я замерла в шоке, пытаясь сообразить, какого хрена здесь происходит.

Очевидно, третьим из связанных их стаи Дина и Логана был Хантер.

Тот самый альфа, который избивал меня до тех пор, пока я не выбрала смерть, и которого я заодно заразила своей кровью.

Пиздец.

А я-то надеялась, что он просто забьет.

Зачарованный ствол замер в дюйме от моего лба.

Я констатировала очевидное:

— У этого туалета энергетика так себе.

Щелкнул предохранитель, и Хантер вдавил дуло мне в лоб.

Я поджала губы. Похоже, он затаил обиду.

— Слушай, ну это вообще-то было не лично против тебя.

Хантер шагнул ближе, пока его едкий запах альфы не заполнил все мои рецепторы.

— Теперь это, блядь, сугубо личное. Я узнал от Зет, что ты будешь проходить здесь третье испытание, и решил убедиться, что не пропущу веселье.

Он надавил дулом сильнее.