– Вариант, – согласилась я, решив, что не буду больше удивляться ни глазам, ни речам этих странных детей. – Только давай лучше я всё сделаю, пальцы целее будут. Ты что собиралась готовить?

– Капусту потушить хотела, – вздохнула девочка. – Каши всем уже надоели.

– А как насчёт щей? – предложила я, поскольку у самой уже живот к спине прирос от голода. – Я вкусные щи варю, наваристые.

– Какой навар с капусты? – младшая девочка подошла поближе и вступила в разговор. – А мяса у нас нет.

– Теперь есть, – обрадовала я её. – Точнее – окорок. С его косточки, знаете, какие щи вкуснючие выходят?

– Знаем, – заулыбалась старшая. – Значит, Керанир не только тебя принёс?

– Не только. Ещё корову и козу, – я направилась «во двор», где остались мешки. Сама бы я их не дотащила, так что ножом, который так и держала в руке, взрезала мешковину и вытащила один из окороков.

– Луччи, смотри, и яйца! – раздался голос старшей девочки. Наверное, увидели лукошко, которое я поставила на пол, когда, раскрыв рот, рассматривала удивительное убранство «дома».

– А ещё есть сыры, – порадовала я девочек, выбежавших вслед за мной «во двор». – Хотите по кусочку?

– Да!

На радостные вопли из пещеры, куда Керанир засунул козу и корову, выбежал малыш с ковшиком в руке.

– Эйлинод, иди скорее! – махнула ему старшая, как я понимаю, та самая Нивена, в помощь которой меня и привезли. – Здесь мясо и сыр.

– Ох, как же я соскучился по животной пище, – с наслаждением жуя вручённый мною кусок, почти стонал мальчик. – Керанир – гений! Старейшина вынужден будет это признать.

Какое-то время мы просто стояли вокруг мешков и жевали. Потом я с сомнением посмотрела на Луччи, которая доела сыр и теперь терзала крошечными зубками мясо.

– Может, тебе пожевать?

Для меня было вполне привычно жевать для самых младших, у которых ещё зубы толком не выросли.

– Пожевать? Зачем? – удивилась она и улыбнулась мне полным ртом зубов. – Мне не жевали, даже когда у меня почти все зубы выпали. Есть же мясорубка.

– Что есть? – не поняла я. Про выпавшие зубы решила узнать потом, позже, когда-нибудь. Вместе со всеми остальными странностями и непонятностями.

– Я тебе покажу, – пообещала Нивена. – Очень удобная штука.

– Послушайте, – предложила я. – Щи варить долго, может, я пожарю яичницу, и сразу поедим.

– Отлично, – кивнул Эйлинод. – А я пока закончу набирать воду для животных. Ковшиком так долго! Эх, где мои тридцать лет.

И он снова отправился в пещеру к животным. А моих братцев только подзатыльниками и можно работать заставить, хотя они гораздо старше. Верно сказал Керанир, эти дети не капризные и послушные. Я бы даже сказала – чересчур. Порой мне казалось, что они старше меня.

– Масла у нас тоже нет, – вздохнула Луччи.

– Ничего, сделаю на шкварках, ещё вкуснее будет. А масло со сметаны спахтаю, молоко у Ночки жирное, это нашей соседки корова, так что я знаю. Только несколько дней подождать нужно.

– Мы подождём, – улыбнулась Нивена и, взяв сестру, то есть я думаю, что сестру, за руку, направилась в «кухню». – Пойдём, Аэтель, я покажу, где у нас сковородки.

Кроме сковородок мне показали ещё много интересного. Например, вместо печи была «плита» – так назвала Нивена удивительный короб из камня. Вверху были отверстия, а внутри был огонь. Нивена зажгла его, просто дунув внутрь через дыру в передней части. А ведь там даже дров не было, я видела. И дым от этого огня не шёл, поэтому «плита» была без трубы. Но больше всего меня поразила вода. Вдоль стены пещеры, прямо по столу, плите и другим шкафам, в неглубоком желобке бежал ручеёк. А от него отходили маленькие желобки, перекрытые поперечными пробками, похожие на маленькие плотины.

Нивена показала мне, что если поднять одну из пробок, то вода побежит по одному из желобков, а потом польётся вниз – это если нужно налить воду в ведро или кружку, потому что зачерпнуть из неглубокого ручейка сложно, а так – и зачерпывать не нужно. Другой желобок наливал воду в странной формы таз, вделанный прямо в стол, который Нивена назвала «раковина», и эту воду можно было согреть, так же разведя под этой «раковиной» огонь без дров. На мой вопрос, как у неё это получается, девочка лишь пожала плечами и сказала:

– Магия огня. Мы все это можем.

Я завистливо вздохнула, вспоминая, как мучилась порой с огнивом, если угли в загнётке затухали, как приходилось приносить домой дрова из поленницы и воду из колодца таскать, потому что мелких к колодцу не пошлёшь – утопнут, как дочка вдовы Милберги. А здесь вода уже в доме, и огонь сам загорается, и ни дыма от него, ни копоти. И вода из раковины сама куда-то уходит, если пробку вытащить – не надо помои выносить. Знаете, а моя доля жертвы мне начинает нравиться. Да на такой кухне готовить – одно удовольствие.