– Но ведь маги умеют перемещаться, что мешает взять продуктов и телепортироваться куда надо?

– Большинство магов могут переносить в дополнение к себе разве что свою одежду с маленьким саквояжем, – поясняет Ника.

– И если может саквояж – это считается хорошо, – добавляет мисс Глория. – А те, кто могут перенести вдвое, втрое больше своего веса…

– Берут за это столько, что рентабельно только сверхценные сокровища с ними переправлять.

Обе тяжко вздыхают, словно их очень печалит этот факт.

– Ну, ничего, – мисс Глория снова расцветает. – Наследный принц возглавил охоту на культ Бездны, теперь-то они попляшут. Молодые драконы – они очень напористые, не то что… – она прикусывает язык. – Да все драконы напористые, чего это я. Но наследный принц Арендар, – мисс Глория мечтательно смотрит в потолок, – он сильнее своих братьев, а когда избранная появится, и он, такой молодой, ещё бронированную чешую отрастит…

Ника косится на меня, и к моим щекам почему-то приливает кровь. Но мисс Глория не замечает переглядываний.

– Не в обиду академии будет сказано, но сейчас принцу надо бы не традиционное обучение проходить, а со злом этим премерзким бороться.

Она права, конечно, но… Если Арендар не будет учиться, вряд ли наши отношения разовьются. Расстояние убивает. Но, как сказал Арендар: «Дело не только в гневе ректора, с ним можно было бы справиться, дело в политике, политика требует моего присутствия на передовой, а мои постоянные отлучки из академии пугают наследников аристократических семей, и это сказывается на всех».

– Пойдём, – Ника кивает на стеллажи. – Выберешь, что тебе нужно.

К счастью, она согласилась проконсультировать меня по денежным вопросам (в их разнокалиберных деньгах всех государств чёрт ногу сломит). Подойдя к полке с гигиеническими принадлежностями, Ника очерчивает пальцем часть товаров:

– Бери отсюда.

– Для вас скидки, – любезно предупреждает мисс Глория. – Десять процентов.

– Тогда так. – Ника добавляет к моей зоне финансовых возможностей ещё несколько предметов.

Но, наверное, я бы и без её помощи поняла, что те красивые цветные баночки с вплавленными в стекло узорами и аккуратные коробочки с изящными надписями мне пока не по карману. И вроде понимаю, что всё справедливо, – переселенкам неоткуда взять средства на роскошь, – но всё равно так хочется не просто шампунь с травами, а шампунь с травами и магическим зарядом для блеска и силы волос. Не просто зубную пасту, а пасту с алхимическим укрепителем эмали и всё прочее, прочее, прочее… Ещё и Малыш ворчит из-за стеллажа:

– Бессердечная. Как ты можешь так спокойно делать покупки после того, что натворила?

Тактично продолжающая консультации Ника наконец не выдерживает его бухтения и под нос замечает:

– Надо было на язык наступать, а не на хвост.

Малыш так бушует, что несчастной мисс Глории приходится грозить ему метлой. И лишь тогда повелитель кошачьих гордо удаляется по лестнице на второй этаж.

Оказавшись наверху, оставляет за собой последнее слово:

– Неблагодарные! Не достойны вы моего высокого общества, вот!

– Простите его, – вздыхает мисс Глория, отставляя метлу. – Его любимой колбаски тоже не завезли, сердиться их светлость изволит.

И посмеивается.

На запасной комплект нижнего белья, средства гигиены и новую щётку для зубов без всяких вывертов, но хотя бы удобную, уходит половина моего скромного ополовиненного довольствия. Жизнь – боль, и даже то, что покупки долгосрочные, меня не утешает.

Уже у дверей нас окликает мисс Глория:

– Мисс Никалаэда, вы забыли, – и с улыбкой идёт к нам с набором для кулинарии.

Ника явно выдавливает улыбку.

– Ах, да, какая же я забывчивая, спасибо. – В ответ на жалобный взгляд мисс Глории, добавляет: – Я поговорю с представителем отца в Нарнбурне, чтобы он узнал, почему такие проблемы с проверкой обозов.

– Спасибо, вы такая замечательная.

– Эти изверги ещё не ушли? – доносится сверху возглас Малыша.

Мисс Глория закатывает глаза. За долгие годы общений ей, наверное, уже и не нужно заклинание, чтобы понять его мявки.

– Пока, маленький Повелитель, – улыбаясь, я сбегаю от возмущённых возгласов «Большой! Смотри, какой я большой!» на улицу.

А на дорожке к магазину стоит Геринх.

Увидев меня, он взмахивает руками, разворачивается и даёт дёру.

– А Геринх хорошо бегает, красиво, – заключает Ника, следя, как тот, перемахнув через скамейку, уносится за вторую полосу деревьев.

– Не могу не согласиться…

Переглянувшись, мы снова варварски нарушаем неприкосновенность газона.

К счастью, путь до комнаты свободен, и никого не придётся пускать охать на наш великолепный интерьер.

Сгрузив покупки в гардеробную и ванную, я бодро потираю руки:

– Значит, будем печь магические печенья?

Ставящая чайник Ника странно на меня смотрит, и я встревожено уточняю:

– Что-нибудь не так?