– Да нет, я ничего. – Помахав новым печеньем, Ника надкусывает его. – Просто… Но теперь понятно, почему магистр Саториус отправил тебя подальше: драконы, особенно молодые, крайне вспыльчивы, не всегда контролируют силы…

Ага, помню, как разлетелись в щепки подлокотники кресла.

– …если бы принцы подрались, от корпуса щитовиков могло ничего не остаться. Так что магистр просто хотел защитить остальных на случай, если бы принцы вернулись.

– А меня защищать не надо?

– Тебя принц Арендар защитит. – Пожимает плечами Ника.

– В это объяснение не укладывается только одно: магистр Саториус зачем-то отправил провожать меня Ингара. Ингара, представляешь! И зачем именно его?

– Магистр Саториус, скорее всего, не знает о вашем конфликте: обычно имена свидетелей правонарушений известны только администрации, то, что мистер Фабиус тебе проболтался – нарушение протокола. Почему Ингар… – Ника покачивает надкушенным печеньем. – Наверное потому, что совсем без присмотра тебя отправить магистр постыдился, а Ингар из вашей группы самый безродный, самое то для мальчика на побегушках.

– Как это безродный? Гаддак что-то вещал о его знаменитом деде.

– То дед, а сам Ингар – полукровка, его положение ниже всех остальных в группе. Кроме твоего. До того, как у тебя появилось это. – Ника указывает на моё запястье.

Лёгкое прикосновение к метке, мысленный посыл – и кожа на моём запястье снова чиста.

– Не хочешь дразнить гусынь до выбора избранниц? – Взгляд Ники перемещается на моё плечо, брови приподнимаются. – Лера, у тебя…

Я и сама чувствую, что меня что-то теребит там. Цепенея от страха, медленно скашиваю взгляд: прядь волос подёргивается, перекручивается и завязывается бантиком.

– Опять! – Прихлопнув прядь ладонью, склоняю голову. – Ника, это ужасно. Они снова шевелятся. Я криворукая или в инструкции ошибка? Я же всё делала точно как там написано!

Повинуясь взмаху моей руки, она переводит взгляд на разложенные на секретере брошюру и книги. С цветка в корзине срывается лепесток и падает рядом с позаимствованным зеркалом Ники.

– Помочь? – сочувственно предлагает Ника.

Одно её прикосновение успокаивает бьющуюся в конвульсиях прядь. Подойдя к секретеру, Ника пролистывает брошюру.

– Нормальная инструкция, просто практики не хватает. – Ника приподнимает книгу с разрисованной рукой. – Смотрю, ты и магкаллиграфией заинтересовалась?

– Да была идея, но, наверное, мне не стоит…

– Ой, брось, у всех случались казусы с волосами. Я случайно красила в зелёный и синий, а моя кузина укоротила волосы до корней. Бывало, что причёски разваливались в ответственный момент. У дяди волосы встали дыбом, когда он просил руки и сердца своей возлюбленной. Так что дёргающаяся прядь не повод отчаиваться. Что за идея?

– Думала сделать что-нибудь подобное на руках. – Стянув носок, перебираю пальцами, и стразы на ногтях весело посверкивают.

– О, как красиво… Никогда не видела ничего подобного.

– У вас так не делают?

Ника мотает головой.

Оглушительно хлопает портал перехода. Принц Саран и двое гигантов в броне заполняют всё пространство комнатки.

– Увести. – Саран кивает на приоткрывшую рот Нику.

Огромный рыцарь, щёлкнув доспехами, подхватывает под локоть и тянет её вверх. Стул Ники опрокидывается.

– Что вы делаете? – Подскакиваю я. – Что?

Ника ошарашено смотрит то на принца, то на меня. Хлоп! Она исчезает вместе с рыцарем. Второго Саран кивком отправляет за дверь.

Громыхнув доспехами, страж скрывается в коридоре. В комнате теперь намного свободнее, но ощущение тесноты остаётся. Тесноты, паники и холода, источаемого принцем Сараном.

– Где Ника? – Голос почти не дрожит. – Что ты с ней сделал?

Паника накатывает на меня: Ника ко мне так добра, а теперь может пострадать…

– Ты, человечка, – Саран смотрит сверху вниз, презрительно кривит губы. На пальцах его руки вырастают ледяные когти. – Если хочешь жить, признавайся, какое задание получила от Культа Бездны, кто твой связной. И чем ты затуманила разум Арендара?

– Ты… бредишь? Какой культ? Я здесь всего неделю…

– Вот именно. – Он молниеносно оказывается рядом, и ледяные когти сжимают моё горло. – Слишком много достижений за неделю для безродной шавки из непризнанного мира.

– Я не шавка! – Еле сдерживаюсь, чтобы не дёргаться в ледяных тисках. – Хоть ты десять раз принц, это не даёт…

– Ты! – В глазах Сарана закручиваются бело-голубые вихри. – Даже не надейся, что культ тебя защитит. Что бы они ни предложили за помощь…

– Я не связана с культом.

– Что они предложили? Возвращение домой? Деньги?

– Послушай…

– Это ты меня послушай, – почти шипит Саран, и холод вокруг нас сгущается, потрескивает в чашке нарастающий лёд. – Тебя сдали.

– Кто? – возмущённо выдыхаю я. – Если это Ингар, Фабиус…

– Ты можешь выслушать, не перебивая?