Мне бы его рвение! Это же такой официальный повод побездельничать: не успел отбить произвольно брошенное заклинание оков – можно отдыхать, пока пятнадцать сокурсников по два раза не повторят упражнение. Вообще хорошая у них тренировка: по удару метронома один из круга ударяет магическими оковами по любому из стоящих напротив, и атакованному надо поставить щит, затем по стуку метронома бьёт следующий в круге и так далее. Проиграл – стоишь в магических оковах весь следующий раунд, пока магистр Саториус их не снимет. Только вот «икорно бабахающего» действительно пытается заковать практически каждый, то ли натаскивают отстающего, то ли за что-то мстят.

Удар метронома почти сливается со скрежетом оков о щит.

– Лера, не отвлекайся, – почти сипит справа Валарион. – Сейчас дожмём.

Да уж скорее бы. Кошусь на висящую под арочным потолком иллюзию песочных часов: до конца заданного пяти подопытным щитовикам срока ещё минут двадцать, а это около сорока ударов, около сорока движений измученным языком ради слова «Атака», и есть только один способ сократить количество движений – пробить групповой щит второкурсниц.

Щёлкает метроном, бряцают о чей-то щит отбитые оковы.

– Лера, – шепчет Валарион.

От одной мысли об очередном произнесении «Атака» язык хочет отвалиться. Но стоять без дела больше нельзя, уже чувствую на себе недобрый взгляд магистра Саториуса. Что б убиенный лопатой дедушка этого рыжего-конопатого восстал из мёртвых и отомстил за издевательства над нами. Нас даже Дарион не заставлял делать столько повторений! А этот при виде нас руки довольно потёр и осклабился: «А, свежее боевое мясо». Правда, и своих он тоже обласкивал только в путь, и девчонок как-то замотивировал, что они чуть не падают, но групповой щит держат. Я им сочувствую, солидарна и всё такое, но…

Мысленно произношу «Атака» и ударяю. От меня в десятый раз за занятие отлетает более бледный, но всё же сгусток энергии, и щит под ним колышется. Язык счастлив, челюсть готова аплодировать. Источник без паузы рвётся повторно активироваться, и я снова ударяю невербально. «Стрела» гаснет на подлёте к щиту. Жаль.

Щёлкает метроном, но на этот раз нет мерзкого скрежета, значит, кто-то ещё не успел поставить щит и словил магические оковы.

– Атака, – выдыхаю я.

Мой удар совпадает с ещё несколькими, щит сильнее истончается, и я награждена сомнительным удовольствием видеть между одетых в зелёные платья девушек низкорослого Гаддака. Спрятался от меня на другой стороне, а теперь злобно поглядывает сквозь стенки «мыльного пузыря».

Сарана, стоящего рядом с Арендаром, теперь тоже видно хорошо, особенно брезгливое выражение лица. Мог бы изобразить вежливый интерес к занятию.

После удара метронома чьи-то оковы скрежещут о щит. От звука уже не передёргивает, как вначале тренировки, но мурашки ползут. Нет, я понимаю, у них, может, недостаток в магически укреплённых залах и всё такое, но мы только начинаем, трудно сосредоточиться на упражнении, а тут ещё грохот, скрежет до мурашек и переругивания второкурсников.

– Атака, – выдыхаю я.

Кулера, здесь не хватает кулера, но, как сказал Саториус: «Ваши враги не подадут вам воды, чтобы вам сподручнее было обкидывать их заклинаниями». Как хорошо, что он не мой наставник, Дарион в сравнении с ним просто заботливая няшка.

Сталкиваюсь с тёплым взглядом Арендара и невольно улыбаюсь. Щёлкает метроном, но скрежета нет, кого-то словили.

– Хватит пялиться на её зад, – гневно восклицает девушка из тренирующих щиты и оковы.

– Так ведь в штанах зад так соблазнительно выглядит. Вот почему в вашей форме юбки, а не штаны? Я бы на твою, Сейла, в такой оболочке посмотрел.

Похоже, это он обо мне. В глазах Арендара вспыхивают алые огоньки.

– Ой! Ай! – доносится голос любителей филейных частей в штанах, смешивается с топотом и стуком метронома.

Мы с Валарионом оборачиваемся одновременно: один из трёх скованных наручниками парней в круге щитовиков скачет, пытаясь загасить вспыхнувшие подошвы.

– Ой! А!

– Щит полной изоляции! – прикрикивает Саториус из-за стоящего в углу стола.

С парня слетают оковы, он сосредотачивается, и его стопы окутывает серебристая плёнка, под ней огонь затухает.

– Продолжаем. Сосредоточьтесь на деле. – Бросив короткий взгляд на Арендара, Саториус возвращается к ведомостям, почёсывает рыжую бороду. Похоже, понял, кто виноват, но наказать наследного принца кишка тонка.

Песок в виртуальных часах под потолком сыплется, предвещая скорый конец этого этапа пытки. Первый раз такого конца ожидали с надеждой на спасение, а этот – пятый – без прежнего энтузиазма, вдруг после него ещё шестой, седьмой или десятый планируются.

Метроном щёлкает. Запястья слегка сдавливает, на правом вспыхивает искорка и потухает.

– Ты чего уворачиваешься? Так нельзя! – возмущается староста щитовиков.

– В защите все средства хороши, – дерзко парирует какой-то парень.

Щелчок метронома сменяется лёгкими шагами, они приближаются ко мне.

– Прости, мы не хотели. Я сейчас сниму оковы. – Долговязый староста, когда я разворачиваюсь, удивлённо оглядывает мои запястья. – Не подействовало?

Похоже, в меня заклинание оков случайно попало, а метка Арендара их отбила.

– Наверное, ты промахнулся, – брякаю я.

– Да? – Староста медленно отступает. – Возможно…