Декс резко выпрямился, встревоженный тем, что не видит ее, рыдающей над телом. Он лихорадочно завертел головой, а она ждала, пока он повернется.

И тогда вонзила клинок ему в грудь.

— Тесси? — выдохнул он, опуская взгляд на лезвие, рукоять которого все еще сжимала ее рука, а потом медленно поднял глаза на ее лицо. — Что ты делаешь?

Ее улыбка была острой, как лезвие. Она сжала рукоять и провернула клинок.

— Разбираюсь со своим гребаным бардаком, — прорычала она.

Декс пошатнулся и рухнул на колени, а она отступила. Он поднял руку и вырвал кинжал из груди, осмотрел его, а потом спросил:

— Где ты его взяла?

Теперь она кружила вокруг него. Хищник и жертва. На кончиках ее пальцев клубились свет и тьма.

— Похоже, ты не очень хорошо убирал за собой, — презрительно усмехнулась она. — Орэлия была весьма недовольна тем, что ты отказывал ей в силе.

— Орэлия дала тебе это? — резко спросил он, и ее улыбка стала шире, когда он попытался скрыть болезненный вздох.

— Она убила им Брекена, — мрачно произнесла Тесса. — А когда я убила ее, я оставила клинок себе.

Кончики его безупречных крыльев уже серели. Смерть подбиралась к нему, но этого ей было мало.

— После всех этих лет все свелось к этому, — выплюнул Декс, отбрасывая кинжал в сторону. — Я был рядом с тобой. Пытался помочь. Готов был положить весь мир к твоим ногам.

Ее смех прозвучал резко, почти истерично.

— Мне не нужно, чтобы ты клал мир к моим ногам. Я заберу его сама, Декстер.

— Марионетка Ариуса, — с отвращением процедил он, оседая на четвереньки, пока смерть все глубже проникала в него.

Его глаза казались слишком темными на фоне болезненно-серой кожи. Перья осыпались, щеки вваливались.

— Я не марионетка, — глухо сказала она, снова вставая перед ним.

Призвав черный меч, она кончиком лезвия приподняла его подбородок:

— Зато ты прекрасно знаешь, каково это — быть марионеткой. Что Ахаз собирался тебе дать? Он пообещал этот мир тебе так же, как обещал его Рордану?

Он плотно сжал губы, явно отказываясь отвечать.

— Я бы на твоем месте ответила на вопрос, Декс, — пропела она. — Я могу стать невероятно… дикой.

Он изогнул губы в презрительной усмешке, но Декс не смог скрыть гримасу боли, когда втянул воздух.

— Последний шанс, — бросила она, удерживая острие у его горла.

— Ты — разочарование, — прорычал он. — И ради чего? Ахаз сам разберется с тобой. Итог не изменится. Оглянись вокруг, Тесса. Разве хоть раз итог менялся?

Но тут он взвыл от боли. Клинок меча рассек не шею. Это была бы слишком быстрая смерть. Тесса вспорола ему кожу на спине, отсекая крыло, которое упало на землю. Второе крыло она оставила, а вот руку снесла одним ударом, по локоть. Потом ногу. Потом ухо.

— Все, что тебе нужно было сделать, — издевалась она при каждом взмахе меча, — Это ответить на гребаный вопрос.

Она ударила ногой, опрокидывая его на спину, а затем вонзила клинок прямо в живот, пришпилив его к земле.

— Я больше не буду той, кем ты хотел меня видеть. Теперь я та, кем должна была быть с самого начала, — прорычала она, позволяя своей силе проникнуть в каждую трещину его души, оплести оставшиеся конечности, торс, подняться к горлу.

Она не собиралась ждать, пока клинок заберет его последний вздох. Она сама хотела его забрать. Хотела, чтобы он знал: его жизнь станет топливом для нее.

Стоя над ним, она вливала свою силу в каждую щель его существа, слушала его вопли агонии. Ту самую песню, что давала ей жизнь.

А когда он затих, когда его пустые темные глаза уставились в никуда, а ее грудь тяжело вздымалась от адреналина, она зловеще прошептала:

— Ты проиграл самой ярости.

— Тесса? — осторожно позвал низкий голос.

Черное пламя и шелковистая тьма окутали ее душу, звали ее назад. Звали домой.

Она обернулась и увидела Луку и Теона. Оба смотрели на нее широко раскрытыми глазами, и в их взглядах читалось что-то, чего она не могла разобрать.

— Чертовски мстительная, — прорычал Лука, направляясь к ней, в то время как Теон остался чуть позади, настороженно озираясь и явно не подпуская никого лишнего.

— Мы почувствовали… слишком многое от тебя, — хрипло произнес Теон, его магия волнами расходилась вокруг. — Скорбь и агонию. Раздирающую сердце печаль. А потом…

— Гнев, — закончил Лука. — Безумный гнев. А затем мы увидели богиню, вершащую возмездие.

Она слабо улыбнулась, пытаясь вернуть контроль над собой. То самое тревожное чувство, что мучило ее с утра, вернулось.

— Посмотри на себя, — продолжил Лука, обходя ее кругом. — Снова вся в крови.

Оглянись вокруг, Тесса. Разве хоть раз итог менялся?

Лука замер, ощутив внезапную волну ее паники.

— Тесса?

Она резко развернулась, оглядывая все вокруг.

Штормовое небо, окрасившее все в серый цвет. Пожухлая трава и выжженная земля.

Повсюду тела. Кровь и грязь. Дождь.

И тут ее накрыло.