— Сиди смирно, Тесса! — предупредил он. — Я не побрезгую позвать твоего мужа, чтобы он пригвоздил твою задницу к месту.

Она замерла.

Да, он точно знал, как эти слова действуют на нее. Видел, как она невольно сжала бедра. Как заинтригованно наклонила голову. В другой раз, возможно, но этот раз — это возвращение прав принадлежало только ему.

— Не двигайся, — приказал он. — Если не можешь сидеть смирно, тогда тебе придется смотреть.

— Смотреть на ч…

Но слова оборвались, когда он встал и спустил штаны, обхватывая член рукой и начиная двигать вверх-вниз. Ему просто чертовски нужна была разрядка, потому что он был возбужден до предела.

— Теон сказал, у тебя были условия по поводу твоего новоиспеченного брака, — сказал он, продолжая ласкать себя.

— Что? — спросила она, задыхаясь и не в силах отвести взгляд.

— Сосредоточься, малышка, — пожурил он. — Расскажи мне свои условия, на которых ты согласилась стать женой Теона.

Ее язык скользнул по нижней губе, пока она наблюдала за ним. Блядь, ей нельзя было сейчас этого делать.

— Тесса! — прикрикнул он, когда она не ответила.

— Я… — она тряхнула головой, пытаясь прояснить мысли. — Это была новая метка. Ее создала Сиенна, кажется.

— А твои условия?

— Это было не столько условие, сколько… открытая возможность, — ответила она, и ее рука скользнула вниз по животу.

— Не смей трогать то, что принадлежит мне, Тесса! — прорычал он, и дым вырвался вместе с выдохом. Дракон в его душе рвался наружу, готовый забирать свое.

— Лука, пожалуйста, — сказала она, в отчаянии откинув голову.

— Куда делось желание «заставить меня страдать »? — насмешливо спросил он, водя ладонью по головке члена. — Расскажи мне об этой «открытой возможности ».

Она прикусила губу. Он был так близко к тому, чтобы просто схватить ее и войти в нее. Последние недели в пещере он делал все, чтобы отказывать и себе, и ей. И пока страдала она, страдал и он.

— Говори, Тесса! — приказал он. — Или я кончу на тебя, а не в тебя, и оставлю тебя ни с чем.

Ее глаза вспыхнули:

— Ты не посмеешь.

Его улыбка была жестокой.

— Мне понравилось видеть себя на твоем языке. Думаешь, мне не понравится так же сильно видеть себя на твоей коже? Я определенно оставлю тебя желать большего и позабочусь о том, чтобы Теон не пришел доделывать работу.

Она сердито посмотрела на него.

— Сволочь.

— Вредная сучка.

Она стиснула зубы, заерзав в кресле и потирая бедра друг о друга. Такая нуждающаяся, такая жаждущая.

Блядь!

— Говори, Тесса! — рявкнул он.

— Я согласилась только тогда, когда узнала, что метку можно дополнить! — выпалила она, глядя на него так, будто он собирался ее ударить.

— Что значит «дополнить »?

— Я не… я другая, — сказала она, и эта нужда начала превращаться во что-то иное. Во что-то, что ему не понравилось. В неуверенность.

— Я дикая и необузданная. Я — дисбаланс, — продолжала она. — Но с тобой и с ним — я могу дышать. Я могу спать. Я не такая неуправляемая, когда вы оба… Это необычно, я знаю, но вы оба мне нужны. Я больше не могу с этим бороться. И если это то, чего ты когда-нибудь захочешь…

Она замолчала, пожав плечом и отвернувшись.

Он замер, опустив руку вдоль тела.

Ее условие брака с Теоном заключалось в том, что… она могла принадлежать и Луке тоже? Если он этого захочет?

Вскрик удивления вырвался у нее, когда он рывком поднял ее из кресла, развернул и снова сел на край кровати. Он не мог рисковать заживающими крыльями, так что придется обойтись так. Усадив ее к себе на колени спиной к груди, он широко раздвинул ноги, заставляя и ее ноги раскрыться. Он надавил ей на спину, заставляя слегка наклониться вперед, а другой рукой направил член к ее более чем готовому центру.

Он толкнулся вверх, одновременно потянув ее вниз, входя в нее одним быстрым движением.

Горячо, тесно и, боги… просто идеально.

— Блядь, — прорычал он.

Она издала звук, похожий на всхлип, и потянулась назад, пытаясь за что-то ухватиться.

— Пожалуйста, Лука, — выдохнула она, но он уже начал двигаться.

Снова схватив ее за волосы, он потянул, заставляя ее выгнуть шею, чтобы он мог пробовать ее на вкус, пока он выходил и снова вонзался глубоко.

Что-то среднее между вздохом и стоном сорвалось с ее губ, пальцы скомкали покрывало.

— Еще. Пожалуйста, — простонала она.

Ему не нужно было повторять дважды. Это было жестко и быстро. Настоящая ебля. Это было больше похоже на возвращение его прав на нее, чем на секс. Ее голова упала ему на плечо, и он позволил ей самой задавать ритм, скользя вверх и вниз по его члену. Его руки блуждали по ней: пальцы прослеживали линии боков, живот, пространство между грудями. Его губы не переставали исследовать ее шею, кусая и посасывая.