Я поправляю цветы на декорациях террасы загородного ресторана и становлюсь случайной свидетельницей разговора о себе самой.

Классно.

Просто супер.

Здесь все по-прежнему, будто в школу вернулась. В то время я бы много отдала за то, чтобы узнать, кто распустил эти слухи, да и зачем.

Сейчас я бы пожадничала. Не дала бы много, потратила бы на что-то поважнее. Но не буду лгать, любопытство осталось. А еще легкое презрение. Ведь никакие детские сплетни не выжили бы так долго, не подкармливай их взрослые. Я дежурно улыбаюсь и подхожу к остроумной компании из восьми человек.

- У вас все в порядке? Мы начинаем через пятнадцать минут.

Мама Егора спохватывается и слегка розовеет, остается лишь надеяться, что ей хотя бы каплю неловко. Я росла на ее глазах так-то.

- Роксана, дорогая, как ты здесь оказалась! – она вглядывается в мои глаза, пытаясь выяснить, слышала ли я их некрасивый разговор. И улыбается так широко, словно любит меня больше всех.

- Быть незаметной сегодня – моя работа, - усмехаюсь я, ловко поддерживая интригу.

- Роксана, прекрасно выглядишь, - восклицает тетя Егора, имя которой подзабыла.

Я изучала гостей по фотографиям Наташи, чтобы хотя бы примерно представлять, кто есть кто.

- Спасибо. Вы тоже – замечательно. Шампанское есть у всех? Отлично, тогда я пойду уточню у диджея и ведущего, все ли готово.

- Рокс, одну минуту.

Прекрасно, просто чудесно.

Меряющихся писюнами Семушкина и Невского мне будто мало под одной крышей, давайте усугубим конфликт и пустим новый виток сплетен.

- Хоть две, - вздыхаю я.

Мама Егора подхватывает меня под руку и отводит в сторону. Мозг рисует миллион вариантов личной просьбы, пара сотен из которых о непорочности Дамира или чем-то еще подобном, но нет, она лишь пытается уговорить сделать так, чтобы отец Егора, который еще в пути, получил худшее место за столом и минимум внимания. Мы ведь по-женски понимаем друг друга.

Минуту назад женская солидарность не мешала этой замечательной женщине хохотать над пошлыми шутками обо мне и ее младшем сыне. Так-то не я выбирала его в помощники. Вот такая она, избирательная женская солидарность. Обожаю.

Ответив парой абстрактных фраз, я отправляюсь к ведущему, но в последний момент сворачиваю в сторону лестницы. Молодожены должны вот-вот приехать, у меня почти все готово, ведущий профи, мучить его глупыми вопросами нет никакого смысла, и я надеюсь выкроить десять минут на отдых.

Не могу сказать, что слухи выбивают из колеи. И все же они задевают какую-то часть меня – детскую, беззащитную. Ранят, как может поранить ядовитое слово. Вроде и слово уже забылось, слово и слово, подумаешь, а след после него остается, как синяк после удара, и продолжает долго-долго ныть.

Какая-то часть меня все еще жаждет справедливости - доказать, объяснить. Другая же подкидывает идею: почему бы и правда не замутить Дамирчиком? Посмотрю я тогда на этих остроумных, когда их любимый мальчик переедет в Питер к женщине на десять лет старше. Учебу бросит, работать курьером пойдет, чтобы семью содержать. Злобно усмехаюсь, а потом срываюсь на судорожный долгий выдох.

Как же не хватает талисмана.

- Не помешаю?

Оборачиваюсь и вижу Романа Семушкина. Дерьмо. Этот вечер решил проверить меня на прочность.

- Здесь нельзя курить.

- Я хочу не курить, а поздороваться.

- Ну здравствуй.

Не хочется смотреть ему в глаза и вообще с ним разговаривать. Честно говоря, это испытание посерьезнее тупых сплетен, и, если бы я хотя бы накануне узнала, что он будет, я бы отказалась от присутствия на свадьбе. Те деньги того не стоят.

- Здравствуй, Рокс. Прекрасно выглядишь.

- Спасибо.

- Кир тоже здесь, видела? – Смешок. – Ну разумеется, видела. Наш любовный треугольник в сборе.

Кошусь на бокал в его руке:

- Не пей много, окей?

Резко выхожу в коридор, быстрым шагом иду к лестнице, спускаюсь вниз. Голова немного кружится, и когда Дамир подбегает с упреком, куда я пропала. Потерял, малыш? Я опираюсь на его плечо, чувствую на себе десяток взглядов. Рука по привычке

- Роксана, торта так и нет, - выпаливает администратор ресторана. – Я им звоню, они трубку не берут.

Начинается. Рука по привычке ищет кулон на шее, сжать его и успокоиться. Пусто. Кожу покалывает. Я сжимаю телефон и строчу сообщение кондитеру. Доставлено. Не прочитано.

Проходит пара минут – все еще не прочитано.

Гадство, ну же, давай.

И в тот момент, когда я гипнотизирую сообщение, усилием воли стараясь заставить человека на той стороне взять мобильник в руку, мне сигналят, что молодые приехали. Чудесно – взгляд на часы - Кир сама пунктуальность. Мог бы задержаться на полчаса, как все нормальные водители.

Я даю сигнал ведущему и спешу к гостям.