Ей казалось, что она уже научилась усмирять воздействие связи, поняла, как это работает. Но накрывшая с головой штормовая волна оказалась полной неожиданностью. Темный порочный омут, в который зазывало все глубже и глубже, не имел дна. Кая и сама не заметила, как уже она пытается перехватывать инициативу, сорвать ненавистную рубашку с тела мужчины. Желанного, идеального тела, которое полностью принадлежит ей.

Руки Амоа беспрепятственно блуждали по ней, и она изгибалась им навстречу, позволяла, поощряла тихими короткими выдохами. Мужчина приподнял ее, разворачивая и усаживая на стол, одним жестом разрывая корсаж платья, высвобождая грудь, припадая в упоительной ласке. Киара откинулась назад, откровенно наслаждаясь, и вдруг случайно задела рукой нагревшееся от чар блюдо, снова наполненное угольками.

Отдернула ладонь — бездна, горячо! Наверняка будет ожог.

А затем бездумно взмахнула рукой, не до конца понимая, чего она хочет. То ли очистить блюдо, то ли остудить его.

В этот момент Амоа особо чувствительно прикусил ее кожу, вызывая сдавленный стон, девушка прикрыла глаза, вновь забывая обо всем на свете…

Их прикосновения друг к другу с каждым мгновением становились все более требовательными, желание кипело в крови неукротимым огнем.

Уроненное от неловкого движения блюдо с громким эхом ударилось об пол, Кая бросила на него затуманенный взгляд. Вместе с блюдом по полу рассыпались булочки! Она сделала это! У нее получилось!

— Бездна! — в ее выдохе было то ли ругательство, то ли восхищение. Она попыталась мягко отстранить, Амоа. — Смотри, у меня вышло… стой…

Но мужчина лишь усилил хватку, не желая прерываться. В груди моментально вспыхнуло возмущение, Кая призвала магию, отдавая приказ:

— Стой!

Он моментально замер, как парализованный. Волосы растрепаны, пуговицы на рубашке содраны, та распахнута, обнажая вспотевший торс, зрачки расширились, полностью закрывая радужку. Восхитительно порочное зрелище. Должно быть, и сама Киара выглядит так же.

Не выдержав, Кая на мгновение прижалась к нему, лишенному возможности двигаться, запечатляя поцелуй на его губах. Полный контроль над этим мужчиной пьянил ее, казалось, сильнее, чем любые последствия связи.

— Кажется, у нас получилось, — мурлыкнула она в его полураскрытые губы и соскользнула со стола. Чтобы привести себя в порядок магией, у нее ушло всего пару секунд, хотя все внутри буквально кричало против того, чтобы прекращать начатое с Амоа.

Мужчина не отвечал и не двигался, лишь тяжело дышал и смотрел на нее непонимающим взглядом, словно был нетрезв.

Кая вернула булочки в блюдо, воспользовавшись магией. Снова превратила их в угольки. Неужели все колдовство можно выполнять без рун и просчетов векторов? Вот так просто? Одним желанием? Зачем она вообще училась всю жизнь, если, оказывается, это так элементарно? Нужно лишь расслабиться и ни о чем не думать?

Вот только, сколько Киара ни взмахивала руками над угольками, в прежнее состояние их вернуть не могла.

Бездна! Ведь только что все получилось!

— Амоа, в чем дело? — жалобно спросила она, но мужчина ей не ответил. — Да отомри ты уже!

Вместе с последним ее словом Амоа покачнулся, ухватившись за стол, и помотал головой, как если бы пытался вытрясти воду из ушей.

Кае пришло в голову, что, возможно, дело в близости к нему. Она сделала несколько шагов, схватила его за руку, а затем попыталась снова.

Сработало! Значит, вот в чем все дело. Она может использовать эти чары. Но при этом должна касаться его! Пораженная своим открытием, Киара вновь повернулась к Амоа, но тот вдруг вырвал руку и отступил на несколько шагов.

— В чем дело? — она действительно не понимала. Им ведь только что было хорошо вместе. Да, немного перегнули палку, сейчас не время и не место предаваться подобным утехам, но ведь далеко не зашло…

Амоа явно хотел что-то сказать ей, но в итоге просто зашагал к двери.

— Вот куда ты в таком виде?! — всплеснула руками ведьма.

Кажется, только этого он и ждал. Развернулся, сверкая горящими гневом глазами:

— Остановишь меня? — голос был подобен шипению змеи. — Как только что?

Ох, вот в чем дело. Он что, обиделся?

Она скрестила руки на груди, на всякий случай прикидывая, какими чарами лучше воспользоваться, чтобы не дать ему покинуть совещательную, не изменив внешность.

Пусть они спят в одной комнате, но бродить по замку в таком виде будет верхом глупости. Слухи об этом могут затмить разговоры о заговоре аристократов, и тогда весь план пойдет насмарку.

Амоа чуть опустил голову, с недовольством смотря на нее, и выглядело это угрожающе. Если бы кто-то другой оказался на ее месте, возможно, подобный взгляд и сработал бы:

— Ты не имела права…

— Не имела права останавливать тебя? — перебила его Киара. — Вообще-то имела. «Стой» значит «стой». И если ты не понял это сразу, это уже не мои проблемы. Или не имела права приказывать? Так ведь я Королева, а ты мой…

Она чуть было не сказала «раб», но, чуть запнувшись, все же закончила: