Глава 1. А на том берегу

Юдинцев провел меня в свой дом. В дальней комнате дядька лежал с открытыми глазами и едва заметно улыбнулся, когда увидел меня.

— Роман Васильевич, оставьте нас вдвоем.

— Андрей, давай только недолго, слаб он еще.

Доктор прикрыл дверь, и я сел у кровати.

— Ну как ты, дядя? — пожал я его ослабленную протянутую руку.

— Спаси Христос, Андрюха, кажись попустило, — тихо сказал он.

— Слава Богу, — перекрестился я.

— Образуется, племяш. Давай к делам, времени много утекло.

Я коротко доложил о погоне после выстрела, о Быкове и найденных патронах, о Дорохине и чужаке, посещавшем его комнату. Затем рассказал, как Стулов, требуя бумаги, взял Сашу в заложницы и как мы с Семеном ее отбили.

— Кривой передал, что охочих людей ведут завтра ночью. День и верхний ход совпадают с записями Стулова в блокноте.

Дядька выслушал внимательно и тихо заговорил, с одышкой:

— Молчанов. По-прежнему думаю на него. Есть еще сведения с китайской стороны, они тоже указывают на него. Раньше тебе не говорил: сперва проверить собирался. Выгода его понятна, а кто исполнитель и как с ним связан, пока не установили.

— Кривого я для группы Шлыкова внедрял. Им предстояло проверить китайскую часть дела Желтуги. Вам полагалось работать здесь и обеспечить им прикрытие при возвращении. Только вызвать я их не успел.

— Где он сейчас?

— В Графской, со своими. Из Козловской надо отправить телеграмму в Графскую на имя Валентина Петровича Панеровского: «Китайского чая в Лончаково больше нет». Это вызов сюда, ко мне.

— До завтра-то они точно не успеют добраться. Мы с Рыжим и Тайгой решили, что пойдем следом за партией. Пройдем верхним ходом, возвращаться будем напротив сторожевого поста, там неподалеку Домбровского пытались взять.

Дядька ненадолго закрыл глаза. Я ждал, не торопя его с ответом.

— Разведку разрешаю провести. Понял уже, где выходить собираетесь. Прибудет Шлыков, подготовим вам прикрытие на выходе. Вы главное установите, кому передают работников, кто распоряжается на прииске и как эти люди могут быть связаны с Молчановым. Затем сразу назад. Только не вздумайте мне прииск штурмовать.

Я объяснил, где оставил опытные винтовки и патроны, бумаги и блокнот Стулова, чтобы потом не пришлось искать.

— Это на всякий случай, дядь.

— Я тебе дам всякий случай. Приказ вернуться обратно у тебя есть. Так что исполнять.

Утром Рыжий с Илькой ждали меня перед правлением. Я отвел их от крыльца, сообщил, что дядька пришел в сознание, уже в курсе всех событий и одобрил наш выход, и добавил:

— Нет худа без добра, братцы. Сашу сегодня к Балохину везти надо, Юдинцев настаивает. Вот и попросимся втроем ее проводить.

— Я за возницу поеду, — сказал Семен. — А вы с Илькой верхом.

Завьялова я застал в кабинете. Он было хотел сразу усадить меня за стол с бумагами.

— Юдинцев после вчерашнего велит Сашу в Козловскую отвезти, Балохину показать. Дозвольте нам втроем, с Семеном и Илькой, ее проводить.

Он оглядел кипу бумаг, поднял на меня глаза.

— Раз надо, то езжайте, — разрешил Макар. — Только если на день-другой задержаться придется, дайте знать. Чтобы я тут не гадал, куда вы запропастились.

— Сообщим, ежели чего.

Он выписал разрешение на выезд.

— Кстати, как там Аркадий Игнатьевич? Удалось у него про бумаги уточнить, которые Стулов искал?

— Да слаб он еще. Я так, о здоровье справился у него, после Юдинцев велел оставить его.

— Ладно, после обеда загляну, даст бог, пообщаемся. Все, ступай, Андрей. В дороге не гоните, Саше покой сейчас нужен.

— Благодарствую, Макар Маркович.

Из правления я вернулся к Кравцовым. Саша сидела в горнице с теткой Полей. Они разбирали вышивку на рушнике, по всему видать, готовились уже к Пасхе.

— С Макаром договорился, отпускает. Семен с Илькой нас проводят. Пойдем домой, вещи соберем.

Саша поднялась, потянулась за платком.

— Белье возьми с собой, — посоветовала Пелагея Александровна. — Может, доктор оставит на день-другой. А ты, Андрей, не торопись ее обратно везти. Что Балохин скажет, то и делайте.

— Добре, теть Поля.

Акулина Никитична перекрестила нас, потом обняла Сашу.

— Ангела-хранителя вам в дорогу, детки. Если там придется остаться, дайте знать, чтобы мы тут не изводились.

— Передам, бабушка. Спаси Христос.

Амур увязался было следом, но Олег подхватил его у порога.

— Этот пока со мной побудет. И за куренем вашим пригляжу.

Я попросил его еще вывести Беркута к нашему двору, и мы с Сашей пошли собираться.

Дома жена сразу прошла в спальню и открыла сундук. Я подал ей дорожную суму. Саша вынула белье, теплую кофту, чулки, но, когда я повернулся к двери, придержала меня за рукав.

— Ты пока не уходи.

— Хорошо, не переживай, я рядом.

Она отпустила рукав и продолжила укладывать вещи.