— Нахуй все это! — я воскликнул слишком громко, привлекая внимание Лэндри и нескольких других солдат. Я покачал головой, ярость только усилилась.

Франсуа хлопнул меня по плечу.

— Знаю, ты волнуешься, но Арман крепкий орешек. Он справится.

— Не знаю. — Я растолкал всех, прижимая руки к ране, пока другие звонили в 9-1-1. Он чуть не истек кровью по дороге в больницу. Меня же оставили на месте разгребать все последствия, проследить за тем, чтобы все было улажено, и заставили разбираться с полицией, когда они прибыли на трех патрульных машинах.

Конечно, они были у нас на быстром наборе, большинство из них так или иначе находились под нашим контролем, но когда стреляли в знаменитостей, а двое политиков были ранены в процессе, это не сулит ничего хорошего для сохранения мира или альянса в целости. По крайней мере, они собрали отчет и уехали, но я не сомневался, что им еще придется вернуться.

— Ты позвонил своему отцу?

— Да, — ответил он. — Мама и Папаша вернутся из Италии, как только смогут.

— Как они?

Франсуа покачал головой.

— Ты же знаешь Папашу. Угрожает сжечь Новый Орлеан дотла, чтобы найти виновных.

— С кем Арман разговаривал по телефону?

Он прищурился и повернулся ко мне.

— Понятия не имею. Что он тебе сказал?

— Дело не в том, что он сказал, а в том, чего он не сказал.

Фыркнув, глава семьи сделал вид, что бьется головой о стену.

— Арман думает, что может со всем справиться по-своему. Он не понимает, что у нас есть старые враги, которые больше всего на свете хотят проникнуть в Новый Орлеан.

— Он это понимает. Просто отказывается верить, что это может стать проблемой.

За время своего правления глава семьи нажил себе столько врагов, что было бы практически невозможно выбрать только одного претендента для атаки. Хотя я и пытался следить за ними на протяжении многих лет, даже я стал слишком самоуверенным, учитывая изменение бизнес-модели и переход к законной деятельности. Я был полным идиотом.

Франсуа кивнул, поймав взгляд своей жены Делани.

— Южноамериканцы поклялись отомстить после нашей последней войны с ними.

— Это было много лет назад. Прошли чертовы годы. Весь мир Альтуро рухнул после того дерьма, которое творилось в Ки-Уэсте. — Рафаэль Альтуро, жестокий диктатор южноамериканского картеля, за несколько лет до этого чуть не уничтожил империю Тибодо, подойдя к ликвидации организации ближе, чем кто-либо другой. Поставки алмазов были прекращены на некоторое время, но Арман не позволил новому прибыльному и очень легальному бизнесу простаивать так долго.

В то время как мы использовали альянсы, чтобы навести порядок в Картахене, едва не превратив могущественную империю Альтуро в бесполезную развалину, у всех нас в голове засела мысль, что однажды кто-нибудь восстановит то, на чем остановился разрушенный режим.

Только это было не похоже на южноамериканцев. Это было что-то более близкое к нашему дому.

— Да, но мы не можем сбрасывать со счетов такую возможность, — произнес Франсуа. — Как только узнаем о состоянии Армана, проведем встречу, в том числе и с Папашей.

— Может это кто-то из его прошлого?

Он посмеялся.

— Может быть. За эти годы у отца появилось чертовски много врагов, Арман же пытался стать миротворцем.

— То, чего ты терпеть не мог.

На его лице появилось странное выражение.

— Давай просто скажем, что я бы повел себя совершенно по-другому.

Да, он бы так и сделал, что раздражало Армана и было единственной причиной, по которой они ссорились.

— Тебе нужно отдохнуть и собраться с силами. Возможно, у тебя появится шанс сделать именно это. — Я повернулся к Франсуа и пристально посмотрел на него.

— Знаешь, что забавно? — рассеянно спросил он, и в его голосе слышалась усталость. — Это не то, чего я хочу. Ни в малейшей степени. Может быть, это потому, что с тех пор, как я познакомился с Делани, я лучше понимаю, чего Арман пытался достичь.

— И чего же?

Он обдумал свой ответ, прежде чем дать его.

— Нормальности. Если такое вообще существует в нашем мире. Место, где нашим детям не нужно будет оглядываться через плечо или иметь телохранителей. Это то, чего добивался Арман, и он говорил мне об этом в течение очень долгого времени. Просто я этого не понимал.

— Ага, и именно отсутствие должной охраны усугубило это ужасное событие.

— Может и так, но неприятности могут случиться с каждым в любое время. Я не могу винить его за то, что он хотел, чтобы возвращение его дочери было таким, каким он надеялся его видеть. Я отправляю Томаса в Техас, чтобы он занялся там бизнесом.

Я кивнул, заметив, что мужчина расхаживает по больничному коридору, пытаясь утешить Рэйвен, свою дочь. Он также был Арману как брат, рос вместе с ним, пока не ушел из семьи примерно в то же время, когда появился я. Бывший агент ФБР, которого когда-то считали предателем, за несколько лет до этого занял руководящую должность в компании, оставив свою прежнюю позицию.