Я смотрела, как она устремилась к еде, убегая с места событий, очень внезапно оставляя нас с Джулианом наедине. Мне нужно будет поблагодарить ее за это позже.

Джулиан скользнул на место, которое она освободила, и меня мгновенно ударил его одеколон, сильная ширина его плеча и его бедро коснулись моего.

Мы молча смотрели друг на друга несколько мгновений.

— Привет, — прошептала я.

Он улыбнулся.

— Привет.

— Когда ты вернулся?

— Около четырех часов назад.

— Ты хорошо выглядишь. Нью-Йорк пошел тебе на пользу.

— Все стабильно, — он пожал плечами. — Высокие здания и слишком много людей. Я скучал по этому месту.

— Да? — я приблизилась, убрав тонкую полоску пространства между нами. — По этому клубу в частности?

Джулиан криво улыбнулся и откровенно осмотрел меня с ног до головы, его глаза скользнули по моей шее, по обтягивающему черному платью, которое было на мне, и по маленькому блестящему браслету на моем правом запястье. Я чувствовала себя обнаженной под жаром его взгляда.

— Судя по его посетителям, да.

Я сглотнула.

— Откуда ты знаешь Рафа? Вы оба из одного клуба «Титаны индустрии»?

Джулиан фыркнул.

— Да. Мы в одном списке рассылки и ходим на собрания каждый месяц.

— Жалуетесь на налог на наследство?

— Всегда. Сравниваем заметки по мировому господству.

— Ставлю ставку, что ты всегда прав.

Его рука протянулась, пальцы провели по моей обнаженной руке. Мурашки следовали за его прикосновением.

— А зачем ты здесь? Ищешь, с кем бы переспать?

— А если и так?

Глаза Джулиана потемнели.

— Тогда я рад, что пришел. Я буду тем, кто в глубине стоит с огромным самодельным плакатом «выбери меня, выбери меня».

Я расхохоталась. Он дурачился, но моя душа потеплела от этой мысли. Сомнения вернулись в те дни, когда его не было. Принимаю ли я глупое решение? Ставлю ли я свою карьеру под угрозу ради простого влечения? Ради интрижки? Как долго я буду ему интересна, пока его внимание не угаснет?

— Нет. Я здесь, потому что Дениз практически силой притащила меня. Она встречается с шеф-поваром ресторана с мишленовской звездой, который обеспечивает мероприятие кейтерингом.

— С мишленовской звездой, да?

— Да.

— Это обязательно добавлять к его имени? Необходимо включать в описание?

Я толкнула его плечом.

— Да, обязательно. Когда твоя лучшая подруга начинает встречаться с крутым парнем, нужно немного похвастаться. Не волнуйся. Ты когда-нибудь тоже туда попадешь.

— Попаду? — он приподнял бровь. — И что же женщина могла бы сказать обо мне когда-нибудь?

Я сделала вид, что размышляю.

— Это сложно. Я имею в виду, миллиардер — отпадает, мы это уже выяснили. Разработчик программного обеспечения? Звучит слишком по-ботанически. Предприниматель, наверное.

— Это звучит не очень хорошо.

Я печально покачала головой.

— Мне не нравятся твои шансы, приятель. Но держись.

Он откинул голову на спинку сиденья с драматическим вздохом.

— Что же делать бедному человеку? Придется полагаться на мою ослепительную внешность, блестящий ум и горы денег.

Я протянула руку и похлопала его по бедру. Это должно было быть игривым жестом, сочувственным прикосновением в нашей игре, но его рука поймала мою. Наши пальцы переплелись, его кожа была теплой и шершавой против моей.

— Не надо, — предупредил он. — Иначе я поцелую тебя прямо здесь и сейчас, и мне плевать, увидит твоя подруга или нет.

Жар пронзил меня. Я хотела этот поцелуй. Я хотела его, эту безумную интрижку и все безумные последствия, к которым она могла привести.

Поставит ли это под угрозу мою работу? Несомненно.

Но я не позволяла себе расслабиться так долго, так долго. И никто никогда не заставлял меня чувствовать себя так, как он. Никогда.

Я встала и потянула его за руку.

— Пошли.

— Куда мы идем?

Я не выпускала его руку и направилась к бару.

— Мы выпьем, а потом будем танцевать.

ГЛАВА 16 Эмили

Очень громкий и очень надоедливый звук прервал мой сон. Пронзительный звук не прекращался, совершенно безжалостно.

Я моргнула и открыла глаза.

Дневной свет. Я была в своей постели. Никого другого в ней со мной не было.

Я снова закрыла глаза от ослепительной головной боли, последовавшей за установлением этих трех маленьких фактов. Все еще не открывая глаз, я протянула руку и схватила свой отвратительно громкий телефон. Как он все еще звонил? Разве у телефонов сейчас нет датчиков настроения? Если нет, то следовало бы. Мое настроение было громким и ясным: издашь еще звук — утоплю в унитазе.

Мне потребовалось две попытки, чтобы прочитать имя на экране.

Дениз.

Я перевернулась и нажала «ответить», зарывшись лицом под одеяло.

— Мггхннагх, — сказала я.

Ее звонкий смех донесся через телефон.