Здесь валялись все наши вещи – они перенесли сюда наши сумки и порылись в них. Все было в полном беспорядке! Тут же валялись наши фонарики и баночки с таблетками Дэйтона. Я совсем забыла про его болезнь. Надо каким-то образом захватить лекарство с собой.

Набравшись смелости, я повернулась лицом к Джейсу, который не сдвинулся от выхода ни на миллиметр. Он стоял, облокотившись на дверь, и смотрел на меня. Непонятные чувства бушевали в нем, но такого я еще не видела за весь наш период знакомства. Если бы так не боялась, то предположила бы, что ему сложно контролировать себя, и причина тому – я.

Он снова осмотрел меня целиком своими ярко-голубыми глазами, которые практически светились от синевы. Челюсть его сжалась, прежде чем он выдавил:

– Переоденься!

Мои глаза, наверное, округлились до размера луны и вылезли из орбит. Ладони вспотели, и теперь я сжимала липкие кулаки.

– Ч-что?

– Ты глухая? Переодевайся. Все твои вещи здесь, – сказал он резче и кивнул в сторону наших сумок.

Я посмотрела вниз, чтобы понять, что такого сделала, и сразу поняла. Моя майка… полностью просвечивала. Она и так была белой, но, когда я вспотела, ткань промокла слишком сильно. Теперь каждый изгиб груди и очертания живота были видны невооруженным взглядом. Через тонкую мокрую материю просвечивалась даже кожа. Я стояла словно голая!

Машинально прикрывшись руками, я едва не расплакалась, но сумела промямлить:

– Ты… ты больной психопат!

Он удивленно вскинул бровь.

– Я? Это ты вышла такая из своей коморки. Переодевайся! К черту, не надо провоцировать моих парней голым телом! – Каждое его ядовитое слово звучало тише, но жестче.

Мне не нужно было повторять дважды: я уже кинулась к сумкам и выхватывала все подряд. Меня буквально пожирал огонь изнутри – так стыдно и обидно не было никогда. Даже когда я разделась перед своим первым и единственным парнем.

Я наконец нашла свою коричневую футболку с коротким рукавом. Хоть она была облегающей, но зато сухой и плотной. Обернувшись на этого извращенца, я обнаружила, что он пристально следил за мной с хмурым выражением лица.

Я даже не успела ничего сказать: он все понял и отвернулся лицом к двери. Еле стянув мокрую майку, я швырнула ее на пол и на целую секунду оказалась наполовину голой в одной комнате с беспощадным убийцей! Только надев сухую футболку, я с облегчением выдохнула.

– Я готова, – сказала совершенно равнодушным голосом. Я больше не собиралась позволять этому говнюку издеваться надо мной. Пусть лучше пристрелит.

Не дожидаясь, пока он что-либо скажет, я прихватила таблетки для Дэйтона и пошла к выходу. Джейс быстро обвел взглядом новую футболку и отодвинулся от двери, к ручке которой я уже тянулась.

Мама с братом обеспокоенно уставились на меня и на свежую футболку. Если они все поняли, то лучше мне сгореть со стыда прямо тут, лишь бы не мучиться.

Насколько было возможно, я гордо прошла к своему месту, передала брату лекарство и открыла контейнер. Схватив ложку, запихнула в себя овощи без особого желания. И плевать мне было, что там увидел или подумал этот психопат. Теперь, вдобавок к ужасу и страху, я его презирала и с радостью бы посмотрела, как его сожрут мутанты!

Я уже доела все овощи, когда Джейс снова сел в кресло. Я не собиралась на него смотреть. Уверена, что если взгляну, то меня сразу же вырвет от отвращения.

– У вас есть здесь еще какие-то вещи, кроме тех, что были в сумках и рядом с ними? – услышала я голос Джейса.

– Машина еще… – ответила мама.

– Машина, сумки с одеждой, фонарики, какие-то баночки и ваши чудны́е палки. Что-то еще есть? – переспросил Джейс.

Я все же взглянула на него. Закрыв глаза, он тер висок пальцем и постукивал пистолетом о колено.

– Вроде нет.

– В таком случае сейчас вы сходите по одному в лес, если кому-то надо, соберете свои вещи в той комнате. – Он указал пистолетом туда, где я только что переодевалась. – И через час мы выходим.

С этими словами он встал и пошел к передней двери.

– Куда ты нас поведешь? – выкрикнул Дэйтон ему в спину.

Джейс не остановился и не повернул головы. Уже открыв дверь, он бросил:

– В Гроджтаун.

Когда дверь за ним захлопнулась, мы сидели, переглядываясь, и совершенно ничего не понимали.

Отлепившись от стены, Рич подошел к креслу и направил на нас автомат. Но он уже не так пугал, как раньше: что-то стало мягче в его позе и взгляде, хотя голос абсолютно не изменился.

– Кому-то надо в лес?

Дэйтон и мама синхронно покивали, а я не хотела – меня еще держали воспоминания о прошлом походе. Кивнув, Рич сказал:

– Парень первый.

– Что, один? И никто не будет следить за мной? – Дэйтон даже немного обиделся.

– Да, один, – пожал плечами Рич, совершенно не изменившись в лице. – Если ты не вернешься в течение десяти минут, я застрелю сначала твою сестру, затем еще через десять минут – мать.