Мой дом в утреннем сумраке выглядел все так же мрачно, как обычно. Выбитые стекла на втором этаже свидетельствовали, что у меня все хорошо. Настолько хорошо, что преступник, решивший поживиться моим имуществом, с глухими рыданиями выбежит прочь. «Я такой нищеты никогда не видел!» - всхлипнет он, рассказывая дружкам. – «Я даже подумал оставить ей денег… Ну не могу я смотреть на это…»

- Ключ! – один из инквизиторов протянул руку в черной перчатке. – Я не хочу без надобности выбивать дверь.

- Дома ключ! – вздохнула я, глядя на самый верх. – Сейчас залезу наверх и открою изнутри. Одну минуту!

Я полезла вверх по дереву, уцепившись за ветку, потом с ветки переползла на козырек, хрустя старой черепицей и цепляясь ногами за болтающийся на честном добром слове водосток. Я взглянула вниз, глядя как черные маски смерти смотрят, подняв головы на мои акробатические номера. Ладно бы в штанах и кроссовках, но не в юбке же и ботинках! Юбка зацепилась за ветку, я ее дернула, оставив кусок юбки болтаться на ветвях. Мои ноги соскользнули, а я уцепилась руками за пыльный подоконник и подтянулась. Черепица посыпалась вниз.

- Поберегись! – предупредила я, поглядывая на зрителей сверху вниз. Я попыталась подтянуться на руках. Внизу все затаили дыхание, глядя на то, как шатается чахлый и набитый листьями водосточный желоб под моими ногами. Через минуту я счищала стекла в рассохшейся раме.

- Потаскуха! – заорала бабка, встречая меня в комнате. – Ты где ночевала? Я спрашиваю, ты где ночевала?

- Где-где? В тюрьме! - елейно ответила я, надеясь, что призрачный инсульт все же существует.

- Нет! Нет! – заорала бабка, хватаясь за призрачное сердце. – Да как ты посмела! Негодница! Да за такое, я тебя со свету сживу! Не посмотрю, что ты – моя внучка! Ноги твоей больше не будет в этом доме! Я проклинаю тебя! Проклинаю! Ты больше мне – никто!

Я попыталась шагнуть в комнату и тут же получила такой удар в грудь, что вылетела в окно, снова прокатившись по козырьку, уцепившись рукой и юбкой за водосток.

- Подождите немного, - успокоила я зрителей, пытаясь подтянуться на руках и закинуть ногу обратно. – Возникли непредвиденные трудности… в переговорах. Одну минутку. Я сейчас. Никуда не расходимся! Сохраняем спокойствие. Я сейчас!

Мне удалось подтянуться и отцепить юбку от водостока. Я, решительно хрустя черепицей, двинулась к окну. И тут же в мою сторону полетела какая-то книга. Я чуть не потеряла равновесие, пытаясь увернуться от следующей книги.

- Ноги твоей больше здесь не будет!- орала бабка, швыряя мои вещи в окно. Вслед за книгами полетели мои записи, альбом, ботинки.

- Не переживайте, у меня не так много вещей! – крикнула я вниз. – Но лучше отойдите подальше! Во избежание прицельного попадания.

Инквизиция держалась из последних сил. Я представляю, что творилось под масками.

- Чего ржете! – возмутилась я, понимая, что выход только один – ломать дверь.

- Слезай, - раздался голос. Я перелезла на дерево глядя на разбросанные вокруг книги и одежду. Мой старый ботинок висел на дереве, зацепившись шнурками за ветки. Моя подушка валялась в сухой листве. Я попыталась снять ботинок с ветки и чуть сама не упала, потеряв равновесие и точку опоры. Если в задачи инквизиции входит снимание котят с деревьев, то будьте так любезны, снимите меня! Хотя… Одну минуту. Все! Слезла. Сама!

- Выламывайте! – раздался голос. Дверь распахнулась.

- Извините, у меня не прибрано! – заметила я, глядя на остатки меловых кругов. Тишина. Никого. Дом, словно вымер. На кухне из старого крана капала вода и валялась посуда. Половицы скрипели на все лады. Я почувствовала себя сумасшедшей.

- Где призрак? – спросил кто-то из инквизиции, оглядываясь по сторонам. Мы обошли все комнаты. Тишина.

- Мне кажется, или здесь никого нет? – заметил кто-то из отряда.

Тишина. Бабки нигде не было. Спряталась, зараза!

- Выйдете все, - тихо произнес канцлер, снимая маску, и давая знак всем убраться вон. Инквизиция молча покинула дом. Я стояла и ждала, когда бабка наконец-то себя проявит, поглядывая на пыльные фамильные портреты и облезлую люстру с лианами пыли.

- Бабушка! – заметила я елейно. – Ты где? Чего спряталась? Мы тут навестить тебя с братиком пришли? Чего ты стесняешься? А? Давай, выходи? Ты что? Внукам не рада?

Тишина. Да что ж такое! Ладно, сыграем ва-банк. Сейчас меня либо бабка убьет, либо…

- Бабушка! – сладенько заметила я, опасливо косясь в сторону «внука». – А у нас для тебя есть новость. Хорошая для нас. И очень плохая для тебя! Ты скоро станешь прабабу….

Люстра оборвалась, а я еле успела прижаться к стене и закрыть лицо руками. Из стены вылетела разъяренная бабка с огромным кухонным ножом в руках, устремляясь ко мне.

- Опозорила семью! Проклинаю! Проклинаю! А ты что здесь забыл? Я тебя сюда не звала! Альберт Краммер! Ты – позор нашей семьи! Я сказала твоей матери, что стоит ей выйти замуж за этого проклятого Краммера, ноги ее и ее детей не будет в моем доме! Да как ты посмел вообще войти сюда!