Видно было, что недавно в городе бушевала непогода: поваленные деревья, провалившееся крыши домов, несколько разломанных прилавков. Но мусор тщательно убирали, на крышах суетились строители, а возле разломанных прилавков – хмурые парни с молотками. В воздухе ощущался тот особенный запах, которым пахнут южные приморские города. Запах водорослей, рыбы и йода.

В прошлый приезд мы сразу перенеслись в особняк мэра, поэтому города я не видела, но сейчас решила нагуляться всласть. В Ренивере не было единого стиля или цветовой палитры. Рядом мог располагаться богатый особняк в готическом стиле и дом, похожий на большой терем русских бояр, с яркими росписями на ставнях и резными наличниками.

Так же не похоже друг на друга выглядели граждане Ренивера. Местные индейцы, точнее сицерны, как они сами себя называли, прохаживались в многослойных одеждах, похожих на халаты с длинными широкими поясами, куда-то спешили келриты в кожаных безрукавках на голое тело, цокая копытами, прошла делегация кентавров. Лошадиную часть кентавры прикрывали яркими попонами, а вот человечий торс – только множеством бус и подвесок. В волосы они вплетали бусинки, тонкие ленточки и шнурки.

Попадались люди со светлыми и темными волосами, загорелые и бледные, в шароварах и в брюках. Смешение стилей, людей, традиций, цветов и запахов – вот что такое Ренивер.

Больше всего я жалела о том, что у меня нет фотоаппарата, чтобы запечатлеть архитектуру города: эти неровные каменные мостовые, мальчиков-курьеров, кричаще яркие вывески магазинов, лавок, кафе и ресторанчиков.

К слову, о ресторанах: в один из них мы и направились, немного походив по городу. Через несколько минут подошел мэр со своим новым помощником и несколькими доверенными лицами. Тот усатый дядька, который нас встречал в особняке, к сожалению, погиб.

Поздоровавшись, мэр завел разговор о делах города, а я старалась вникнуть в тонкости. Амран, видя мой интерес, пояснял непонятные моменты. Каждый раз удивляюсь, как много он знает и как занимательно умеет рассказывать.

После завтрака и разговора с мэром Уорн отбыл на работу, а мы ходили по городу, смотрели достопримечательности, заходили в лавки и магазины. В обед, нагруженные покупками, мы, наконец, вернулись домой. Нас уже встречали. Повар Альер и садовник Жаклиан виновато мялись, явно не решаясь сообщить какую-то новость.

– С Алией что-то случилось? – заволновалась я.

– Нет, – ответил Альер, – но вот Лина сегодня себя почувствовала плохо. Ее начало тошнить…

– Отравление? – перебил Раинель. – Нзарим осмотрел?

– Да, мы сразу обратились к лорду Нзариму, – продолжил Альер, – но это оказалось не отравление...

Мы быстро шагали по коридору, прислушиваясь к нашему повару.

– Лина беременна, – огорошил Жаклиан.

– Но ей же уже… – «лет пятьдесят», – хотела сказать я, но вовремя вспомнила, что тут это не возраст.

– Да, она немолода, – согласился Альер, – поэтому выносить ребенка будет тяжело. Если лорд Раинель поможет…

– Да, конечно! – кивнул муж. – Помогу!

Вовремя Жаклиан стал переделывать сад, как чувствовал! После осмотра служанки я расспросила Раинеля. По его словам, срок был небольшой и пока беременность протекала нормально.

– Буду наблюдать. Можно сказать, я сам косвенно виноват в том, что Лина забеременела, – сказал эльф.

– Это как? – офигела я.

– Помнишь, мы намазали Лину канарилом? В тот день вечером она и ее мужья вспоминали былое, да так активно, что забыли о предохранении, – подмигнул мне Раинель.

– В таком случае я тоже виновата. Это же была моя идея протестировать канарил! – рассмеялась я.

Через пару дней Амран сдал экзамены в академию магии. Для него составили особую программу обучения и преподавания. Четыре-пять дней из семи он проводил в столице, а два-три дня в неделю – дома. Эти три дня он устраивал по утрам ударные тренировки, к которым присоединился и Нзарим. Занимались мы так же по разным углам и программам.

Время от времени ко мне наведывалась Ллоя. У Харта и Ясмины постепенно складывались отношения, но во дворце многие аристократы не воспринимали менталиста как соперника и пытались очаровать девушку. Ясмина шарахалась, Харт ревновал, Уорн запугивал женишков. В общем, во дворце веселье шло полным ходом.

Я по-прежнему занималась делами поместья и самостоятельно обучалась. Амран во время приездов давал задания, а я их выполняла.

Мэр Ренивера, видимо увидев мой интерес к делам города, повадился отчитываться не только Уорну, но и мне. К сожалению, сама магически запустить вестник я не могла, но быстро приспособила для этого Нзарима, а потом и Злотана – нашего управляющего. Так мы понемногу общались, но вестники для меня открывали и создавали слуги или Нзарим, а я наговаривала текст.

Для защиты города Уорн заказал какой-то особый камень, в который вплавляли руны, отпугивающие нежить, но корабельщики вдруг решили поднять цены. Мэр объяснял, что из-за недавнего урагана многие потеряли суда, теперь те купцы, у которых остались корабли, дерут втридорога. Они уже не согласны перевозить камень по тем ценам, на которые договаривались изначально. Вопрос нужно было срочно решать, иначе бы стало все строительство, но Уорн снова был занят.