Признаться, такого я не ожидала и вцепилась в Лорана, чтобы почувствовать, что это он, вполне реальный и живой. Некромант в ответ прижал меня к себе и пустился в воспоминания:

– Тогда я как раз работал над одним проектом, который позволил бы возвращаться с того света, если ушел ненадолго. Конечно, это были лишь теоретические выкладки, но шанс воскреснуть был только у меня. Магическая татуировка, нанесенная на мое тело, позволяла ненадолго задержать душу, но без посторонней помощи ничего бы не получилось.

– Погоди, так способ обхода смертельных проклятий и клятв, который ты разработал, – это умереть? – осенило меня.

– Ага, – кивнул некромант.

– Знаешь, ты – сумасшедший!

– Я ему так же говорил, – вмешался в разговор Раинель.

– Когда перестал плакать… – улыбнулся Лор.

Эльф фыркнул.

– Именно тогда мы и побратались, – продолжил Уорн. – По-другому спасти Лорана было невозможно. Мы и так вытащили его в последний момент.

– Я ошибся в расчетах, немного не так расположил руны… – объяснил некромант.

– А еще не подумал о том, что тело надо поддерживать в жизнеспособном состоянии, – перебил Раинель. – Хорошо, что Амран все быстро пересчитал, и мы попробовали заново. Магии извели прорву. Если бы не Уорн, который раздобыл кристаллы, если бы не мои знания и способности целителя, если бы не ритуал братания уже после того, как тебя вытянули…

– …то я умер бы окончательно, – закончил за эльфа Лоран.

Вот это история! Он спокойно отдал жизнь за других без особой уверенности в том, что сможет вернуться.

– Конечно, обряд призыва души мы не смогли провести в срок, – отпив из бокала, сказал Амран. – В ту ночь, которая подходила для ритуала, Лор больше походил на труп, чем на живого человека. Тогда Смирл принял решение. Он ввел кокон Анотлии в состояние анабиоза и отложил проведение обряда на пять лет.

– Что же за обход клятвы такой, что нужно столько всего… – прошептала я, – и обязательно брататься?

Странный какой-то способ обхода смертельных проклятий.

– Нет! Когда я пришел в себя, то разработал улучшенную формулу, оптимизировал магические потоки, добавил еще несколько параметров, даже резервную систему подпитки предусмотрел, – похвастался Лоран, – так что с должной подготовкой клятвы и проклятия можно обходить. И уже обходили…

– Только это секретная информация, как и все, что мы тебе рассказали про обряд, – веско сказал Уорн.

– Мне опять дать клятву? – напряглась я, резать себя – удовольствие ниже среднего.

– Нет, но рассказать кому-то об этом ты не сможешь, – сообщил василиск, – горло сдавит.

– Понятно…

В процессе разговора мы допили одну бутылку, которая, к слову, оказалась совсем немаленькой, литра полтора примерно, но Уорн жестом фокусника достал вторую. Вино оказалось превосходное: легкое, едва сладкое, почти без градусов, но очень расслабляющее. Лоран начал рассказывать истории из своего ученичества, подключились Уорн и Раинель. У Амрана тоже в запасе оказалось несколько забавных моментов из преподавательской практики. Я в свою очередь рассказала про институтские годы.

Мы хохотали над шутками, потом я решила проверить, кто больше всего боится щекотки. Раинель решил, что больше всего боюсь я, и пришлось от него убегать. Он меня сразу поймал, но я заявила, что это нечестно, потому что я на каблуках и в платье бегаю, а он – нет. Так что надо сшить Раинелю платье, чтобы оказаться на равных, но Раин предложил другой вариант: раздеться, тогда все будет честно. В общем, мы дурачились как могли, а потом вдруг неожиданно начали целоваться.

Оказалось, что в кабинете Уорна два дивана и два кресла раскладываются и составляются вместе в сексодром поистине невероятных размеров. И мы осваивали новые территории. Долго осваивали и со вкусом. Заснули там же.

***

Я проснулась, но сразу не сообразила почему. Темнота за окном намекала на то, что утро еще не наступило, но по личным ощущениям казалось, что проспала я часов пять точно. Рядом заворочался Уорн, потом вдруг за окном сверкнуло, послышался грохот, стекла затряслись. Я вздрогнула, но меня успокоил Амран:

– Это гроза, не пугайся.

Оказывается, я лежала, используя живот келрита в качестве подушки. Сзади ко мне прижался Раинель.

– Давайте спать дальше, еще темно, – сонно пробормотал он.

– Уже утро! – расстроил эльфа Амран.

– А давайте мы все притворимся, что не слышали слов большого брата, и будем спать дальше, – внес предложение некромант. Он лежал, обнимая мои ноги, и его дыхание щекотало кожу.

Так, еще бы вспомнить, о чем я вчера рассказывала, раз Лоран знает про Большого Брата.

– Сколько сейчас времени? – подал голос Уорн.

– Сегодня же суд над Хартом! – вспомнила я.

– Верно, – василиск поднялся, и я уставилась на его идеальное тело. Какая задница! Просто мечта!

– Что ты сказала? – не понял Уорн. – Задница?

– Ничего не говорила, – открестилась я, – только подумала.

Подумала! Не может быть!