А потом мы просто смотрели в глаза друг другу, и наши чувства смешивались, перетекали по связи. Сейчас передо мной был настоящий Уорн, без ледяного панциря, полностью открытый, и его эмоции оглушали. Столько противоречивых чувств: забота, нежность, радость и все равно немного неверия и страха обмануться. А я задыхалась от запредельного чувства нежности, восхищения им, его стойкостью, силой духа, верностью. Так хотелось согреть его, прогнать страх, сделать счастливым, чтобы он и дальше улыбался.

– Нас ждут, – прошептал Уорн.

– Да…

Мы с трудом оторвались друг от друга. Думаю, если бы не острая необходимость, василиск послал бы все дела подальше и заперся в поместье на несколько недель. Я бы сама не отказалась от такого времяпровождения, но заговор, Харт, бал, императрица – все это требовало внимания. Надеюсь, я смогу договориться с Ясминой.

Через десять минут мы с Уорном стояли в портальной комнате. Василиск нацепил на меня подвеску, тоненький браслет, еще два колечка и обруч на голову. Все это от чего-то там защищало. Перед нами замерцала радужная пленка, портал готов. Вперед, к де Йонкам.

Глава тридцать первая. Пополнение.

По ту сторону нас уже встречали. Портал де Йонков был расположен в просторном зале: высокий потолок, многоярусная люстра, много света, широкие двери, в данный момент гостеприимно распахнутые. В дверях застыла невысокая полноватая дама. На вид ей было около пятидесяти лет, пухлые губы, обеспокоенные зеленые глаза, черные волосы без малейших следов седины, убранные в высокую прическу, красивое многослойное платье и множество украшений – перед нами явно была глава рода, тетя Харта, Ллоя де Йонк.

– Как хорошо, что вы пришли! – Ллоя приложила руки к груди, приветствуя нас.

Я скопировала ее жест, Уорн поклонился:

– Ллоя де Йонк, позвольте представить вам мою супругу – Ольгу де Илей.

Тут не было такой традиции называть имена повторно, василиск назвал первой Ллою, потому что она была хозяйкой и принимала гостей у себя. Если бы она перенеслась к нам, то Уорн назвал бы первым мое имя. Поскольку Харт был приятелем Уорна, представление проходило без титулования. Интересно видеть подтверждение своих знаний этикета на практике.

Ллоя повела нас в столовую выпить немного местного зеленого чая со сладостями. За небольшим круглым столиком сидела худенькая девушка лет семнадцати-восемнадцати. Уорн не говорил, сколько лет Ясмине, но я представляла ее постарше. Девушка сидела, слегка сгорбившись, но при нашем появлении расправила плечи и подняла взгляд.

Да, теперь понятно, почему так быстро влюбился Харт. Большие немного раскосые серые глаза, высокие скулы, небольшой рот, уголки губ, опущенные вниз, тоненькие руки. Ясмина вызывала неосознанное желание защитить, но вместе с тем в ее взгляде, в едва нахмуренных бровях читался вызов. Не знаю, что с ней делал де Сел, но почему-то я уверена, что девушку он не сломил.

– Ольга и Уорн де Илей, позвольте представить вам Ясмину де Йонк, – склонила голову Ллоя.

Де Йонк! По связи пощекотало удивлением, василиск лишь слегка поднял брови. Он не знал! Ну, тетя, ну, дает! Уже ввела Ясмину в род! Ведь сразу понятно, что девушка перспективная: красавица, нравится Харту, да еще и менталистка.

Тем временем мы расселись вокруг стола, и Ллоя попросила рассказать о племяннике. В ответ Уорн, избегая подробностей, рассказал, что Харта спровоцировали, но менталист сделал слепок сознания де Села. Тетя кусала губы, слушая новости, но меня больше интересовала реакция Ясмины. Есть ли у нее хотя бы чувство благодарности к Харту? Согласится ли она на наше предложение? Или, может, и вовсе не стоит озвучивать план?

Когда Уорн рассказал про слепок, девушка заметно побледнела и сжала ладони в кулаки. Вдруг возле василиска материализовался розовый шарик: вестник, цвет которого свидетельствовал о том, что его надо заслушивать вдали от чужих ушей.

– Прошу прощения, леди, – извинился Уорн и знакомым жестом вызвал возле себя поле заглушки.

Очень вовремя. Теперь надо действовать мне.

– Ллоя, Ясмина, – позвала я тихо, – есть всего два варианта Либо Харта отправляют на каторгу, либо на плаху. Уорн раскопал сведения о провокации, так что, скорее всего, Харта не казнят, но на каторгу отправят. Есть один способ смягчить наказание. Государственный служащий с таким же, как у Харта, даром должен взять его на поруки. Менталистов на госслужбе немного, маловероятно, что кто-то из них согласится, но Уорн постарается уговорить их. Это сложно, но есть и другой путь. Моему мужу он не нравится, поэтому я говорю, пока он отвлекся. Ясмина, ты могла бы устроиться на государственную службу и взять на поруки Харта.

«Моему мужу» – да, я это сказала. Непривычно. Ненадолго установилась пауза. Ллоя обеспокоенно смотрела на Ясмину. Тетушка Харта не пыталась уговаривать менталистку или давить на нее, а ждала решения девушки. Уважение к этой, несомненно, мудрой и хваткой женщине только возросло.