Все разговоры при моем появлении стихли. Для местных мужчин девушка в полотенце до середины бедра выглядела голой.

– Уорн, ты сказал, что обряд можно проводить в любое время, когда я буду согласна. Я согласна, хочу сейчас, – смело заявила я и разжала пальцы.

Полотенце упало к моим ногам.

***

Уорн послал очередной вестник и наконец приступил к еде. Возле него присел Лоран. Василиск неодобрительно взглянул на обнаженную грудь побратима и сделал замечание:

– Оденься, Ольга смущается, когда смотрит на тебя.

– И это прекрасно, – улыбнулся Лоран, – я знаю, что волную ее.

Вежливо попросив разрешения, в комнату вошел слуга. Он принес еще один комплект белья, матрац для лежанки и забрал тарелки и опустевший казан.

– Так, – сказал Лоран, двигая лежанку Ольги поближе к своей, – она будет спать со мной.

– А ты ее спросил? – поднял брови Уорн.

– Не надо ее спрашивать, – отмахнулся некромант.

– Ты ведешь себя недостойно, – вмешался Амран.

– Недостойно? – возмутился Лор. – И чем же? Ждать, как вы, я не хочу и не буду! Если надо ее соблазнить, то я соблазню! После того, что произошло, вы долго будете ждать, когда она согласится на ритуал! Напомнить тебе, что ты говорил, Уорн? Что тут ей ничего не угрожает!

– Я сказал не так, – перебил василиск. – Я сказал, что не вижу опасности.

– А должен был видеть! – припечатал Лоран.

Уорн нахмурился и опустил голову. Он действительно винил себя в случившемся, страшно подумать, что бы случилось, если бы Ольга не замазала метки канарилом.

– Мы сплоховали, – уже спокойнее продолжил некромант, – ее едва не убили, едва не изнасиловали. Для чего нужны такие мужья, которые не могут защитить свою жену? Ладно, один раз ошиблись, оставили ее в долине одну, но второй раз – это уже тенденция. Плохая для нас тенденция. Все, что мы можем сейчас, – это просто соблазнять, настырно соблазнять. А когда она будет рядом спать, глупо упускать свой шанс.

– Ты что, планируешь приставать к ней ночью? – удивился Раинель. – Рассчитываешь, что она в полусне даст согласие? Но это против правил. Проклятие…

– Нет, – прервал эльфа Лоран, – не ночью, но вечером, как она выйдет из ванной. Она боится, я просто покажу, что ничего страшного нет. Мы покажем. С тобой, Раин. Покажем, что несколько мужчин – это не плохо, поласкаем ее вместе. Это ведь можно?

– А ты сможешь остановиться? – спросил келрит. – За себя могу сказать, что нет, я не смогу остановиться. Если начну, то…

– Боишься, что сущность отреагирует? – предположил Раинель.

– Я уверен в этом. Столько лет даже не вспоминал о ней, думал, что подчинил сущность себе, а теперь… – покачал головой Амран. – Но я повторю свой вопрос: вы уверены, что сможете остановиться?

– Это зависит от того, насколько далеко мы зайдем, – протянул эльф.

– Недалеко, – предложил Лоран.

– А как понять, далеко или нет? – спросил Раинель.

– А почему вы вообще решили, что она теперь будет настроена против обряда? – вмешался Амран, привычным жестом почесав наросты. – Она не обижается на нас, вы же знаете по ее эмоциям. Она старается помочь, чем может. В ней нет заносчивости. Почему вы решили, что Ольга будет осуждать нас?

– Сейчас она еще не пришла в себя, – ответил Уорн, – но после проанализирует наши действия и поймет, кто виноват. Ольга умна и сделает правильные выводы. Пока она не обижается, но, как только мы вернемся в поместье, боюсь, все переменится.

– Надо дей…

Лоран не договорил, дверь ванной открылась, он услышал, как прерывисто вздохнул Раинель, почувствовал удивление Уорна, но все равно оказался не готов к тому, что увидел, обернувшись. Ольга стояла, закутавшись в одно полотенце. Короткие светлые волосы немного растрепались, бледное лицо, приоткрытые губы, бисеринки влаги на коже. Босая, она стояла на носочках, а капельки воды стекали по ее идеальным ногам. У нее ведь даже тапочек нет. Ничего нет, во что она может переодеться, а они опять не подумали об этом. Придурки! Нашли что обсуждать. Лоран уже было открыл рот, чтобы извиниться, но Ольга опередила его.

– Уорн, ты сказал, что обряд можно проводить в любое время, когда я буду согласна. Я согласна, хочу сейчас, – заявила она.

Бледные пальцы разжались, и полотенце упало к ее ногам, обнажив красивую белую грудь с розовыми торчащими сосками, гладкий треугольник между ножек. От Амрана хлестнуло возбуждением, келрит держался из последних сил. Некромант понял, что надо вмешаться, сделал несколько шагов, подобрал полотенце и укутал в него Ольгу.

***

Какое противоречие! Звенящая тишина в комнате, после того как я заявила о своем решении, и буйство эмоций по связи. Лоран сделал два шага и накинул на меня полотенце, еще мгновение – и я оказалась у него на руках, а потом сидящей на лежанке рядом с Уорном. Возможно, меня бы обидело такое поведение, ведь я готова была отдаться им, а мужчины пренебрегли. Но по связи я чувствовала их желание, которое они сдерживали, беспокоясь за меня. Это трогало.