— Закройте свой рот, иначе я приму меры, — сказал Адриан. Голос Кейма звучал холодно и спокойно. От него даже у меня мурашки пошли по коже. В его словах не было эмоций или ярости, но от этого они имели больший эффект. Обычно красный как рак Римус с тростью у шеи вдруг побледнел.

— Можно мне уйти? – пронзил тишину испуганный девичий голос.

— Вам заплатили? – спросил Адриан. Этот вопрос удивил меня.

— Нет, – так же тихо ответила девушка.

— Заплатите ей, – скомандовал Адриан и резко толкнул тростью Римуса в грудь. Тот плюхнулся обратно в кресло. Трясущимися руками поверенный влез в карман, вытащил мешочек с монетами и сунул незнакомке. Девушка мешочек приняла и поспешила на выход. Поверенный смотрел ей вслед с грустью, словно последняя его надежда скрылась. Но после взял себя в руки, и даже румянец вернулся к его щекам.

— Я не знаю, кто вы, господин. Но вы были обмануты этой вруньей. Вы не знаете, кто я, она ввела вас в заблуждение. Но я готов простить вас. Нужно вызвать жандармов и призвать Элеонору к суду.

— Какой же вы мерзавец, – не выдержала я.

— Не стоит, – тут же вмешался герцог, – не тратьте свои силы на ничтожество, леди, — хмыкнул Адриан. Внутри я ликовала, Адриан был на моей стороне. Не поддался словам этого гада. Эти слова заставили Римуса занервничать, и он добавил:

— Если она вам заплатила, я готов заплатить больше. Жандармам я про вас ничего не расскажу. Только про нее. Главное, не трогайте меня...

— Я не стану марать о вас руки, – резко оборвал его Адриан. Он спокойно прошел вглубь комнаты и встал напротив Римуса. — Мое имя Адриан Гер Кейм. Отныне я занимаюсь делами Элеоноры Ле Фокс, и я желаю выкупить половину дома и посмотреть все бумаги, согласно которым Элеонора была обделена собственным наследством.

Лицо Римуса перекосилось, и впервые за год я почувствовала слабый, но вкус победы.

— Леди Элеонора, прошу вас, присядьте, – вежливо обратился ко мне Адриан. Я была благодарна, что при гадком Римусе он не перешёл на «ты» и вел себя со мной как с настоящей леди. Я оценила и его защиту, и то, что он взялся за мои дела. В душе появилось чувство благодарности. Целый год я заботилась о себе сама и была без защиты. Почувствовать ее снова было крайне приятно.

Римус же кинул на меня озлобленный взгляд, но сразу же отвел. Я также прошла вглубь комнаты и села на край кровати, так как кресел было всего два, и одно из них, напротив Римуса, я оставила для Адриана. Стоило мне сесть, присел и он.

— Я жду документы, – нетерпеливо сказал герцог, вздернув бровь.

Я с интересом следила за тем, что будет дальше. В душе проснулся лучик надежды, что не только выкуплю дом, но и смогу вернуть часть наследства.

— Они в комоде, – пробормотал испуганно поверенный.

— Так достаньте их, – спокойно сказал Адриан.

Римус встал с кресла и пошел в сторону комода, чем-то зашуршал. А потом резко развернулся и кинулся с бумагами к двери.

Я даже не успела подскочить с кровати. Все произошло очень быстро, тень Адриана скользнула к двери с невиданной скоростью, и в мгновение перед дверью оказался огромный черный пес.

Я ойкнула и все же встала. Пасть пса была раскрыта, он опасно рычал. А я любовалась необычным животным, понимая – это фамильяр Адриана.

Фамильяры были крайне редкими спутниками даже для аристократов. Они стоили огромных денег и выбирали себе хозяина сами. Между фамильяром и хозяином строилась особая духовная связь. Поэтому я не испытала страха перед величественным животным, скорее трепет и восхищение.

Римус моих чувств не разделял, он забился в угол и кричал, словно его убивают.

— Прекратите орать, – сказал Адриан. – Вы его злите.

Он встал с кресла и спокойно двинулся в сторону сжавшегося и замолчавшего от страха Римуса.

— Какой некрасивый поступок, поистине не достойный мужчины, но, очевидно, достойный вас, – спокойно сказал герцог и забрал бумаги из рук поверенного.

Римус дернулся, и пес сразу же зарычал.

— Можно мне теперь уйти? – всхлипнул он.

— Нет, нельзя, — спокойно ответил Адриан.

— Бумаги у вас. Отзовите его, пожалуйста, – елейным голоском попросил Римус. – Я боюсь собак, – со слезами добавил он.

Римус выглядел таким жалким, что я не узнавала в нем того высокомерного мужчину, который изводил меня целый год.

— Вы можете сесть, – сказал Адриан и показал тростью на кресло. – Тогда он вас не тронет.

Кейм не отдавал никаких команд, но пес отошел к двери и лег.

Римус на подкашивающихся ногах дошел до своего кресла и сел, вытащив платок, утер пот, слезы и сопли. Он нервно смотрел на Адриана, который начал спокойно читать бумаги. Римус так нервничал, что даже забыл о моем существовании в этой комнате.

— Все законно, – нарушил тишину поверенный. – Леди Фабия – законный представитель! Опекун, – сказал он чуть более уверенно. Но, казалось, Адриан не слышал ни одного его слова. Герцог молча продолжал читать бумаги, сменяя один лист другим. Его лицо не выражало никаких эмоций, и я уже терялась в догадках. Целесообразно мы устроили это представление, или на самом деле все было в порядке?