Девушка умчалась, а после по саду прошагал чуть нелепый, сутулый седой человечек. Беседка скрыла его, зашевелились цветы, словно бы сгущаясь, и слуги потеряли гостя из виду. 

Собственно, это немного печально, ибо кое-что они все же упустили: садовник безумной наружности обратился в прекрасного статного фейри, чей цвет волос один в один повторял оттенок оплетавших беседку роз — зрелище, безусловно, интересное. С другой стороны, любой случайный свидетель сей дивной метаморфозы умер бы той же ночью таинственной смертью. Так что, быть может, и не стоило оно того. Наверное, никакое зрелище не стоит жизни, так? С другой стороны, бывало на земле немало шпионов, поэтов, мстителей и просто одержимых, которые были готовы положить жизни, свои и чужие, на алтарь великолепных зрелищ. Редкие безумцы — и великие личности.

Многие фейри таковы. 

— Сестра, — розоволосый красавец встал на одно колено и прикоснулся лбом к ладони женщины. — Видеть вас — счастье, моя дивная леди. 

— Руаду, я же просила! — пожурила Джемайя. — Не оказывай мне такого почтения, я не чистокровная. И, даже будь таковой — не тебе стоять передо мной на коленях, братишка. 

С этими словами Джемайя села прямо на мраморный пол, не боясь испачкать роскошный наряд, и взяла руки Руаду в свои. И вдвойне хорошо, что никто из людей не видел её такой — открытой, радостной и ласковой. 

Впрочем, и увидав, не поверили бы.

— Сначала дела, верно? — спросила она.

— Увы, — склонил голову фейри. — Её величество шлёт тебе привет.

— Передай её величеству от меня наилучшие пожелания в ответ и скажи, что договор подписан. Гэри сделал, что должно, все фигуры в игре, и иномирные друзья — в деле.

По губам Руаду заскользила понимающая улыбка.

— Ты великолепна, сестрица, — сказал он. — Королева будет весьма довольна. 

— Без твоей помощи — и твоих чудных отравленных кинжалов — у меня ничего не вышло бы, братик, — рассмеялась она. — Расскажи же мне, как твои дела?

— За участие в этой игре я получил подарок от Королевы — право участвовать в следующей Охоте и привезти трофей. 

— О, — она восхищенно покачала головой. — Это большая честь. Да будет Охота, да будет Игра! Желаешь прихватить себе в иномирье людскую игрушку?

— Да, — улыбнулся он очаровательно. — У меня ещё не было такого рода питомцев — а ведь они, если верить слухам, очень забавны. 

— Что же, — улыбнулась Джемайя. — Покажешь мне потом свое приобретение.

— Непременно! Ты — первая, кто увидит мою новую куклу. 

Джемайя прищурилась, а после задумчиво поглядела на розы. 

— Меня терзают странные предчувствия, брат мой, — сказала она, наконец. — Будь осторожен. 

— Буду, — хмыкнул он. — Меня не так-то просто убить, милая. 

— Верю, — она жестко усмехнулась, — и клянусь именем Короля-под-Горой: любой, кто попытается, сдохнет в муках на главной площади Ликарии. 

Он покачал головой:

— Я тоже тебя люблю, сестрёнка. Это грустно — видеть тебя так редко.

— Потерпи ещё года три, — мягко отозвалась она. — И эта игра будет окончена. 

— Знаю, — сказал он. — Знаю...

***

Четвёртая

— Господин Казначей, к вам Ми Ледяная, — проговорил старший секретарь деловито.

— Пусть проходит, разумеется, — кивнул Ар, не отрывая головы от бумаг. 

Впрочем, стоило драконице войти в кабинет, как он тут же взглянул на неё. Со стороны могло показаться, что он слегка недоволен внезапным вторжением, но любой из немногих, кто знаком с ним достаточно хорошо, понял бы — Ар рад встрече.

— Ми, — сказал он. — По делу или в гости?

И тут же насторожился, ибо подруга волновалась. Разумеется, по её лицу тоже ничего нельзя было сходу прочесть — их с Исом школа! — но уж улавливать эмоции девочки, выросшей на его глазах, Серый научился давно и просто. 

— Что-то случилось?

— Да, — она улыбнулась, и было в этой улыбке нечто, совсем уж дракону не понравившееся. Впрочем, ещё до того, как он успел напридумывать себе всяческих ужасов, она судорожно вздохнула — чем на миг напугала ещё больше, ибо не вела себя так на его памяти даже перед сложнейшими боями на международной арене, по недоразумению именуемыми дипломатическими переговорами — и выдохнула:

— Я Обрела свою истинную пару.

Ар на мгновение прикрыл глаза.

— Поздравляю, — сказал он так мягко и искренне, как только мог. — И кто он?

— Ри из Алого Дома. 

Серый застыл. Лучшая подруга его брата, та, что оплакивала Лу вместе с ним...

— Ар, я понимаю... — начала она.

— Благодарю за информацию, госпожа Ми, — Казначей Предгорья равнодушно смотрел мимо неё. — К моему огромному сожалению, у меня ещё много работы. Не могли бы вы оставить меня?

Она открыла было рот, чтобы возразить, но потом и сама поняла — бесполезно. 

— Благодарю, — ей удалось выдержать ровный, спокойный тон. — Простите, что потревожила. 

Ответом ей был лишь шелест бумаги — Ар вернулся к делам, будто она была пустым местом. Все, что оставалось Ледяной — молча уйти.