– Да я ничего такого не сказал ей! – округлив глаза, стал оправдываться тот. – Она… больная какая-то. С приветом… Я ей только сказал, что она ничего такая… Ну, сказал ещё, типа, может, встретимся как-нибудь… За руку её взял. Да не взял даже! Только прикоснулся, и она как ошпаренная подскочила.

– Да не заморачивайтесь, – отмахнулась Стася Карпинская. – У Тарасовой просто не все дома. Чокнутая она. По ней дурка плачет.

– Стася, – тихо укорила её староста Люба.

– А что, не так, что ли? Она же дикая, как Маугли, от всех вон шарахается.

Я одна знала, почему Наташка так отреагировала, но ничего не могла ни сказать, ни сделать…

В груди заболело, будто лёгкие наполнились битым стеклом. Боже, с каким бы удовольствием я вытравила из памяти тот страшный день, когда мы с Наташкой… Нет, стоп. Если хочется что-то забыть, то нечего это и вспоминать раз за разом.

– От тебя, Стася, кто угодно шарахаться начнёт, – устало сказала я, затем тоже встала, взяла рюкзак, одну лямку накинула на плечо.

Сын декана увязался за мной.

– Уже сбегаешь? – спросил Тиханович, когда я, а следом и он, вышли на улицу из душной кафешки.

– Вот ещё! Я просто ухожу неспешно и с достоинством, – шутя, ответила я, надевая и вторую лямку.

– Может, ещё встретимся как-нибудь?

– Вполне может быть, – пожала я плечами. – Согласно теории вероятности возможно всё, кроме того, что в принципе невозможно.

– Я имел в виду специально. Хорошо, скажу понятнее: давай как-нибудь встретимся, сходим куда-нибудь?

Тут я даже растерялась. Лощёный блондин всерьёз решил, что я его намёки не поняла, и не догадался, что его просто деликатно отшили? Хорошо, скажу понятнее.

– Извини, мне уже есть с кем ходить. Я без пяти минут замужем. И сейчас мне надо ехать к своему без пяти минут мужу.

Я, кстати, сейчас не соврала и даже не преувеличила – мой Ромка последнее время всем кругом представляет меня своей невестой и постоянно твердит: «Надо откладывать на свадьбу». Было б только из чего откладывать…

Тиханович понимающе кивнул, даже улыбку выдавил, но был явно уязвлён. Такие, как он, наверняка к отказам не привыкли. Он дёрнул плечом, хмыкнул, мол, как знаешь, не очень-то и хотелось. И гордый вернулся в кафе, а я помчалась на всех парах к троллейбусной остановке, на ходу прикидывая в уме, что можно будет по-быстрому сварганить на ужин.

3

Приехала домой я около восьми. Автомастерская, где трудится мой благоверный, в десяти минутах от дома, так что времени оставалось в обрез. Поэтому я решила не мудрить с ужином и сделала макароны по-флотски. Дёшево и сердито. Это я в еде привередлива, а мой Ромка вообще неприхотлив и поглощает всё, что можно счесть съедобным.

В половине девятого всё уже было готово, но Ромка, видать, где-то застрял в пути – тут вся округа его «кореша», как он сам говорил. А мимо них просто так пройти ведь нельзя. Надо обязательно руки пожать, какую-нибудь важную тему обсудить. Хотя вполне могла возникнуть и срочная работа, которую нужно доделать.

И «кореша», и переработки у нас случались регулярно, поэтому сначала я не особо волновалась. Включила телевизор, наткнулась на какой-то фильмец. В рекламу поклевала остывшие макароны. Ну а в одиннадцать вечера уже встревожилась.

Где вот он? Я не паникёрша. Я просто из той породы людей, которые физически не способны сидеть на месте и покорно ждать вестей. Поэтому уже через пять минут я решительно шагала через двор в сторону автомастерской.

Ромку я застала, к счастью, живым и здоровым. Даже не просто живым, а крайне жизнерадостным. Он преспокойно болтал с двумя какими-то парнями.

О чём они говорили – я понять не успела. Слышала только раскатистый хохот, который, впрочем, тут же смолк, едва я переступила порог автосервиса.

Все трое увидели меня и сконфуженно смолкли.

– Ну ладно, Чича, бывай! До завтра! – торопливо распрощались эти двое и сгинули.

Ромку все называют Чичей. Все, кроме его мамы и меня. Фамилия у него Чичерин – вот его и обкорнали так. Меня прямо передёргивает от этой идиотской клички, но, когда мы вдвоём, со всех сторон только и слышу: здорово, Чича! Как сам, Чича? Посмотри стойки, Чича…

Брр…

Но контрольный в голову – это когда совсем недавно кто-то, показав на меня, крикнул: «Вон Чичина невеста».

Я тогда аж закашлялась в ужасе. Ну а Ромке нормально – отзывается, не морщась. И этим двум улыбнулся на прощание, как лучшим людям на земле. На меня же посмотрел без особой радости.

– Половина двенадцатого, – скрестив руки на груди, жёстко изрекла я.

– Мариш, ну не злись. Гляди, какого коня мне дали починить. Хозяин сказал, чтобы к утру всё было в ажуре. Ну что я должен был делать? Не отказываться же. Меня бы тогда сразу турнули отсюда.

Я уж не стала говорить, что не велика потеря. Была бы хоть нормальная автомастерская, а то обычный гараж.

– А нам же деньги нужны. На свадьбу копить надо, ну. Я вообще думал вначале, что всю ночь буду тут мудохаться. Но вон пацаны помогли. Мы вот только перед твоим приходом закончили. Ну, ты глянь, какая тачила, а?