Вот тут Эва с ней не соглашалась. На месте Макара она вообще никого представить не могла. Он был не просто лучшим, он был единственным. Впрочем, Иркины проповеди носили, скорее, декларативный характер. Сама она встречалась с одним Пашкой и оттачивать свое мастерство на массе увивающихся за ней поклонников не торопилась.

Поклонников хватало. Зажигательная, как огонек, Ирка, в придачу и сама похожая на солнышко, притягивала их как магнит. Да еще и нрав у нее был мирный и уживчивый, она ладила практически со всеми. И почему у них с Макаром с самого начала не сложились отношения, для Эвы оставалось загадкой.

Первое тревожное ощущение зародилось, когда Мак ушел, не дождавшись, пока ему откроют дверь. Первым порывом было позвонить ему, спросить, вдруг что-то случилось. Но усилием воли Эва подавила ненужный порыв. У нее был контакт Макара, но она ни разу им так и не воспользовалась. Что она может у него спросить?

«Почему ты уехал?»

«Ты правда хочешь это знать?» — спросила она себя Иркиным пренебрежительным тоном и честно себе же ответила: «Нет, не хочу».

Потому что и так все знала. И его приезд поздним вечером с подарком было лучшим тому подтверждением. Если бы он не собирался разрывать даже то жалкое подобие отношений, которое у них было, он бы ее обязательно разбудил. А так вошел в комнату, посидел несколько минут и ушел.

Фотокамера была такой навороченной и дорогой, что Эва на целый час впала в ступор и не могла слова выговорить. А потом схватила телефон, умирая от счастья, что теперь у нее есть абсолютно официальный повод позвонить Макару.

Он долго не брал трубку, а когда ответил коротко и резко: «Да, Эва, слушаю. Что у тебя там?» — она не нашлась что сказать.

Что у нее там? Ничего, кроме тупой, ноющей боли в области сердца, возникшей от его голоса, но вряд ли до этого есть дело Макару.

— Я хотела поблагодарить тебя, Мак, — она в самом деле чувствовала искреннюю благодарность, — это такая крутая камера!

— Мне сказали, лучшая, — голос в трубке мгновенно смягчился, и Эва едва не разревелась от обиды. А если бы она позвонила сказать, что соскучилась, его тон был бы таким же ледяным? Значит, она никогда ему такого не скажет… — С днем рождения, Эва! Прости, у меня сейчас конференция…

И она поняла, что это был не просто подарок Макара на день рождения трехнедельной давности. Это были его «отступные». Больше Эва ему не звонила.

В груди та тупая, ноющая боль поселилась надолго, но Эве не с кем было даже поделиться. С Иркой не могла — разве может что-то болеть у использованного презерватива? И хоть подруга смотрела с искренним сочувствием, Эва все равно не подавала виду, а на вопрос о Макаре лишь равнодушно пожимала плечами. И когда после лекций ее подстерегла Алена, Эва даже обрадовалась.

— Мы выезжаем через три дня, тебя повезут Вешневецкие, — деловито начала та, стоило им только присесть за столик кофейни. И тут Эва вспомнила о своем опрометчивом обещании.

— Я не смогу, — попыталась придумать подходящую отмазку, но сестра опередила.

— Не спрыгивай, — предупредительным тоном сказала она, — ты обещала. И потом, я не просто приглашаю тебя на свой день рождения, я хочу тебя нанять как фотографа. Мак показывал портрет, что ты ему сделала, он просто потрясный. На яхте и так будут официанты, охрана и экипаж, мне совсем не хочется, чтобы там еще были посторонние. Я ведь не просто так прошу, Эвка, мы с Русланом объявим о женитьбе на вечерней pool-party и пригласим всех на свадьбу. И я хочу, чтобы у нас были красивые фотки. А еще там должен быть Макар, — Алена принюхалась и откусила пирожное.

— Зачем тебе Макар? — молясь, чтобы не выдать себя, спросила Эва.

— Он должен понять, что у нас все серьезно. Он ведь мне весь мозг вынес тем, что я буду его женой. Мы с Русланом специально никому не говорили, хоть свадьбу планировали давно, и я хочу, чтобы Макар это слышал.

— А я при чем?

— Он спрашивал, будешь ли там ты. И сказал, если тебя не будет, он тоже не приедет. Наверное, не верит, что я перед тобой извинилась.

— Но мне не в чем туда ехать, Алена, — Эва мучительно выдумывала причины, из-за которых можно остаться в городе, и ничего на ум не приходило.

«Это потому, что там будет Макар? Ты поэтому так туда рвешься?»

— Давай ты не будешь ничего придумывать, а за платьем мы едем прямо сейчас.

***

Эва пряталась за широким объективом фотокамеры и раздумывала, когда удобнее будет сбежать. Макар не приехал. Она тщетно выглядывала его и на берегу, где они заселились в отель в ожидании всех гостей, и уже на самой яхте.

По всему выходило, что «вечеринку у басейна» ей придется отработать, коль уже пообещала, а вот завтра вполне может получиться свинтить. Или яхта где-то причалит, или катер-курьер что-то привезет, а с ним можно будет вернуться на берег.

— Ждем еще одного человека, — крикнула тем временем Алена одному из членов экипажа, и у Эвы внутри все задрожало.

Неужели? Они ждут Макара? Он приедет? Вот прямо сейчас можно будет его увидеть?