— Добрый день, молодой человек, чем могу быть полезна? — томно поинтересовалась открывшая дверь женщина.

— Добрый, по-моему, я не туда позвонил. Не подскажете, в вашем доме случайно не проживает Калинина Ирина Сергеевна?

— Молодой человек, вы позвонили в верную дверь, Калинина Ирина - это я.

Чего?

Ну ни черта себе! Это во сколько же лет она Лерку родила? В десять… в двенадцать?

Когда в голове проигрывал предстоящую встречу с Ириной Сергеевной, мозг её нарисовал как женщину около пятидесяти, пухленькую, невысокую, с короткой стрижкой и от неё обязательно должно было вкусно пахнуть пирожками собственного производства. Ведь в мыслях именно ими она меня угощала, когда мы разговаривали и чай пили.

А женщине, что стоит напротив, я с натяжкой дам лет тридцать пять. Причём крутые тридцать пять. Не у каждой двадцатилетней такая фигура, как у Ирины Сергеевны, имеется, и она об этом отлично знает. Поэтому и носит шелковый красный халатик, который пятую точку едва прикрывает, и поза соответствующая: Калинина прислонилась плечом к дверному проёму, выставила вперёд стройную ногу и поглядывала на меня из-под густых и длинных ресниц, подозреваю, не натуральных, а на палец игриво накручивала блондинистый локон. Одним словом, если у меня с Валерией всё выгорит, а оно обязательно выгорит, то тёща у меня будет – огонь!

— Меня зовут Виктор Аблов, — протянул женщине заранее заготовленную визитку, — и пришёл я к вам по поводу вашей дочери.

— О-о-о, неужели тот самый Виктор! Лера мне о вас много интересного рассказывала. Ну проходите, раз уж пришли, — Ирина Сергеевна отошла в сторону, чтобы я мог зайти внутрь квартиры. — А я вас по-другому себе представляла, думала, вы старше, толще и не такой симпатичный.

— Признаться, вы тоже меня удивили, Ирина Сергеевна, вы выглядите не как Лерина мама, а как её старшая сестра, — сделал я женщине комплимент, который она наверняка слышала не один раз, но тем не менее он явно ей польстил, Калинина широко заулыбалась и выглядела крайне довольной.

— Я бы разрешила вам не разуваться, но Валерия меня потом со свету сживёт, — с сожалением произнесла женщина, заметив, что я наклонился и потянулся к туфле. — Дочка как заведённая три дня квартиру отдраивала, весь хлам собрала и выкинула, десять кулей на помойку отнесла.

Невольно заулыбался, стоило представить, как неугомонный электровеник под названием Лера тут шустрил, наводя чистоту.

— Ничего, мне не трудно, куда можно пройти?— выпрямившись, поинтересовался я.

— В гостиную. Вы пока устраиваетесь, а я нам под разговор чего-нибудь принесу.

Квартира Ирины Сергеевны больше походила на жилище студентки, чем взрослой женщины. В гостиной напротив друг друга стояли два тёмно серых дивана, оба были щедро усыпаны разноцветными яркими подушечками, шторы на окнах отсутствовали, хозяйка ограничилась лишь лёгким тюлем. На стене висел внушительных размеров телевизор, на журнальном столике рядом с кружкой недопитого кофе в раскрытом виде стоял ноутбук, а в углу комнаты располагался велотренажёр, который в данный момент использовался для сушки белья. На одной его ручке висела пара кружевных бюстгальтеров, а на другой - трусики и крошечная ночная сорочка.

Калинина явилась через пять минут, и когда я заметил, что у неё в руках, у меня откровенно отвисла челюсть. Женщина притащила бутылку коньяка и два бокала.

— Виктор, надеюсь, отсутствие закуски вас не смутит. Я хотела нам порезать лимон или яблоко, на худой конец сыр, но в холодильнике, кроме кастрюли Леркиного борща, сметаны и двух сосисок, ничего не нашлось.

Последний раз я днём хлестал алкоголь несколько лет назад, и то вынужденно, окучивал крайне выгодного заказчика из восточной Азии, потом приехал я к Калининой без водителя, да и в принципе пьянствовать желания нет. Но отказывать даме ­– не вариант, тем более будущей тёще, а то ещё забракует как зятя.

Заверив Калинину, что закуска, а вернее её отсутствие - полная ерунда, налил нам коньяка, и мы без тостов и предисловий выпили.

— Первое - предлагаю перейти на «ты»: я Ира, ты Витя, — ещё морщась, начала Ирина Сергеевна. — Второе - говори, зачем пришёл, а то Лера вернётся, махом разгонит наш сабантуй. И не забудь потрудиться и рассказать, почему я должна с тобой разговаривать после того, как ты, гад такой, над девочкой моей измывался.

Выдохнув, изложил суть вопроса. Объяснил, что пока Стас разгуливает на свободе, Ирине Сергеевне и тем более её дочери попросту не безопасно жить по адресу, который тому отлично известен, повинился за похищение, искренне извинился, ну и, конечно, упомянул, что имею серьезные виды на Леру и далеко идущие планы.

Выслушав, Калинина долго молчала, барабанила длинным маникюром по столу и прожигала изучающим взглядом. В какой-то момент я даже подумал, что она сейчас встанет и укажет мне пальцем на дверь. Но нет, Ирина Сергеевна, выдержав паузу, лукаво улыбнулась и заявила: