Оказавшись на улице, в полной мере осознавала, что пока нас со Стасом разделяют лишь какие- то метры, он совсем рядом, но вкус свободы уже вовсю ощущался, настроение подпрыгнуло, а дышать стало заметно легче и комфортней. Динамичной, но всё же спокойно походкой покинула территорию торгового центра, потом по зебре перебежала через дорогу и нырнула во дворы жилых домов, которые вывели меня к небольшому скверу. Шла я, не оглядываясь, не накручивая себя и не представляя, что муж бежит за спиной и вот-вот догонит. Наоборот, шёпотом твердила себе под нос, что у меня всё непременно получится, жизнь наладится, и я никогда больше не увижу лживую скотину под названием Стас, только если в наручниках и за решёткой.

На окраине сквера, в удобном кармашке, в ожидании клиентов стояло несколько припаркованных такси. Подошла к первому попавшемуся, спросила, свободно ли и, получив положительный ответ, нырнула внутрь.

— Куда, красивая, помчимся? — глядя на меня в зеркало заднего вида, спросил черноглазый брюнет с характерным кавказским акцентом.

— В аэропорт, — уверенно ответила я. — Меня мама дома заждалась.

До пункта назначения лихой с горячей кровью таксист подвёз с ветерком. Расплатилась с мужчиной не своей банковской картой, которую мне вернул Виктор вместе с сумочкой, а теми деньгами, что дал Стас. Мне показалось, что небезопасно пользоваться безналичным расчётом. Ещё сегодня утром я и предположить не могла, что муж способен отследить чьи-то оплаты, то теперь, в свете новых событий, ни в чём не уверенна и понятия не имею, какими ресурсами и возможностями обладает супруг. Билет на самолёт также приобрела по старинке - непосредственно в здании аэропорта в кассе одного из агентств. Вышло, конечно, дороже, чем онлайн, но включить телефон для выхода в интернет не осмелилась.

Прямая угроза в лице двуличного мужа хоть на какое-то время, но осталась позади. Куда отправиться и по осколкам собирать свою треснувшую жизнь я решила. Вопрос с билетами также урегулировала. И вот наступил момент, когда мне ничего не оставалось, как просто бесцельно блуждать по аэропорту и несколько часов к ряду ждать рейс. Тут-то боль от предательства и тоска по несбывшимся мечтам и надеждам поймали мысли и захватили их полностью.

Вместо того, чтобы сидеть в кафе над чашкой чая, нестерпимо хотелось заползти в какой-нибудь дальний угол, свернуться калачиком, завыть белугой и дать волю слезам. Ведь я сегодня похоронила в душе любимого человека, которому всецело доверяла и рассчитывала прожить с ним рука об руку до последнего вздоха.

Пребывая словно в тумане, отстояла очередь на досмотр, прошла паспортный контроль. В накопителе, чтобы хоть чем-то себя занять, заказала чашку горячего чая с пирожным, к которым даже не притронулась. Очнулась я уже в самолёте и даже не помнила, как попала на борт. Самолёт, тронувшись с места, начал набирать скорость. Глядя в иллюминатор, я прощалась с солнечным городом, с его морским воздухом, с его атмосферой вечного праздника. Да, покидаю этот райский уголок земли с раной на сердце. Но всё же я прожила здесь несколько счастливейших лет жизни и то, что Стас измазал их грязью и болью не говорит о том, что их совсем не было.

Приятный голос капитана оповестил, что мы набрали нужную высоту, также сообщил температуру за бортом и, пожелав приятного полёта, отключился. Вскорости стюардесса и стюард разнесли напитки, и после пассажиры лайнера занялись своими делами: кто слушал музыку, кто пытался уснуть, девушка, на один ряд позади, успокаивала своих сорванцов-близнецов. Одна я прятала лицо и сглатывала слёзы. В какой-то момент стало совсем невмоготу, и я поняла, если хоть чуть-чуть не поплачу, сорвусь и на глазах у всех разрыдаюсь.

Попросив двух крепких мужчин соседей выпустить, двигалась в хвост самолёта, с целью посетить туалет, чтобы там пореветь, но резко затормозила и замерла, потому что за спиной послышался лай явно маленькой собачонки. Псинка тявкала один в один как Тимошка.

Медленно обернулась, но лаял Тимошка или нет, не увидела, потому как пространство бизнес класса было плотно задёрнуто шторами. Тряхнула головой и пошла дальше. Даже если мы летим с Абловым одним рейсом, какая мне разница. Наши судьбы разошлись, и соединять их ни к чему.

Виктор

— Виктор Романович, вы просили предупредить, если девушка покинет своё место, — просунув голову сквозь занавески, сообщил мне один из охранников, которого я посадил на сиденье рядом с Лерой.

— Спасибо, — вставая из кресла, отозвался я. — Позови напарника и пока не вернусь, свои места не занимайте.

Уже в третий раз подошёл к креслу Валерии. Первые два, как бы усердно я перед ней не мельтешил, она меня не заметила. Теперь этот номер у Леры не выйдет, потому как трудно игнорировать человека, что сидит рядом с тобой.

Блондинистая голова Леры показалась через пару минут, вместе с её маленьким, распухшим от слёз носиком. Девушка настолько глубоко погрузилась в переживания, что даже не посмотрела, мимо чьих колен она собралась протиснуться на своё место к иллюминатору. Небольшая провокация с моей стороны в виде лёгких поглаживаний двух аппетитных полушарий, помогла всё же обратить на себя внимание.

— Вы что делаете? — вполне резонно возмутилась Валерия и развернулась ко мне лицом с явным намереньем если не пощёчину влепить, то отругать точно.

— Виктор…