Уперлась шефу в грудь, пытаясь оттолкнуть. Куда там! Такую махину разве сдвинешь? Мои ладошки оказались зажаты между нашими телами. У меня начался приступ паники. А мужские руки, не прекращая, продолжали шарить по моему телу. Сначала грубо, настойчиво, даже больно. Нужно как-то извернуться и его ударить! 

Затем я почувствовала возле уха теплое прерывистое дыхание и... поцелуй в шею. Такой нежный, какой почти невозможно ожидать от этого гиганта. Почти. 

Я даже замерла. Как-то растерялась. Конечно, с одной стороны, нужно немедленно прекратить это безрассудство и не допускать впредь. С другой стороны, я долгое время безуспешно пыталась добиться от любимого человека хоть чего-то подобного.  

Эрнест не стал просто так терять время. Прошелся губами от шеи до ключиц, проведя языком по впадинке. Руки не торопясь поглаживали спину, при этом прижимали меня к крепкому мужскому телу, не давая возможности отодвинуться. 

Губами он дотронулся до подбородка. Потянулся к моему рту, но я отвернулась с тихим всхлипом. 

Тогда Эрнест взял меня за запястья, завел руки мне за спину, заставив облокотиться о стол позади, и налег на меня еще сильнее. В результате, я оказалась в ловушке. Он между моих ног, давит на меня спереди, заставляя опираться сзади о поверхность стола, иначе я просто позволю ему лечь сверху. Видимо, предоставил мне выбор. Хотя по сути, такового не было. 

Продолжая гладить меня по спине, опять потянулся к губам. Снова мне удалось отвернуться. Тогда он провел рукой вверх по животу, к груди. Расстегнул пару-тройку пуговиц. И проник внутрь.

От возмущения я попыталась освободиться, оттолкнуть хотя бы одной рукой. Но очень сложно сдерживать его давление. 

— Геля, — низкий хриплый голос заставил вздрогнуть. — Почему ты боишься меня, шарахаешься? 

Даже пошевелиться не получилось. Я словно загипнотизирована. 

Ответить тоже не успела, почувствовала на своих губах трепетный поцелуй. Из нежного и медленного он превратился в настойчивый и чувственный. Мужчина провел языком по уголкам губ, отчего по спине пробежала дрожь. Рука его опустилась на бедро, нежно погладив, заставив меня выгнуться навстречу ласковым движениям и простонать ему прямо в губы. Второй рукой мужчина ласкал поясницу, не позволяя увеличить расстояние между нашими телами. Как меня угораздило сегодня надеть чулки? В январе-то месяце! 

Мужчина прижал к себе еще теснее. Я не могла не почувствовать, как он возбужден. Больше всего из колеи выбило внезапное осознание, что мое тело реагирует, мне действительно нравится происходящее, и я не хочу останавливаться. Но, черт возьми, он ведь несвободен, и все это неправильно! Хватило мне уже одного такого, достаточно!  

Только я успела об этом подумать, как дверь тихонько зашелестела и раздался громкий звучный голос: 

— Эрик, ну что за дела! С каких пор ты для меня заааа..занят...  

Присутствие постороннего человека в столь интимный момент Эрнеста никак не покоробило. Я только заметила его потемневшие прищуренные глаза, когда он обратил внимание на вновь прибывшего. А вот я резко дернулась, готовая провалиться сквозь землю. Особенно, когда узнала вошедшего. 

Тот самый мужчина, с которым я «вертелась весь вечер» на приеме. Владимир.  

Глава 30

— Я, кажется, помешал. 

Кажется ему! Капеееец! А то не видно. Что за человек! Мало того, что не ушел, но он даже не отвернулся!  

А Эрнест еще и ухмыльнулся! С широченной улыбкой на лице отстранился, запахнул блузку и, повернувшись ко мне спиной, закрыл собою от постороннего взгляда.  

— Ну вот, а говорил...  

— Володя, ты, действительно, немного не вовремя.  

— Если хотите, я могу выйти ненадолго, чтобы вы... могли… ну...  

— ВОЛОДЯ! Заткнись! И подожди снаружи!  

Как только дверь за Владимиром закрылась, я отскочила от начальника и принялась одергивать юбку. Пальцы Эрнеста потянулись к злополучным пуговичкам. Но я шлепнула его по рукам и отвернулась. 

Пока приводила себя в порядок, постоянно чувствовала на себе тяжелый мужской взгляд. Даже не знаю, что сказать. Очень стыдно. 

— Не злись, — Эрнест подошел сзади, крепко обняв. 

— Отпустите немедленно! В который раз вы меня ставите в неловкое положение! 

— От Володи никто ничего не узнает, не переживай. 

— Серьезно?! Да Вы... Вы... — попыталась резко выпутаться из его объятий. Бесполезно. — Вы что вообще себе позволяете?  

— Намного меньше, чем хотелось бы. Это я еще держу себя в руках.  

— Это Вы меня держите в руках, а не себя. Давайте мы забудем обо всем, что здесь произошло, и продолжим работать спокойно, как и раньше?  

Наконец, отпустив меня, Эрнест поймал на этот раз мою руку.  

— Ангелина, я всегда сам знаю, как правильно поступить. И, я так понимаю, ты уже уходишь?  

— Естественно! Я и так слишком долго задержалась.  

— Ну, так скажи Володе, чтобы заходил! — весело заметил этот грозный медведь, широко улыбнувшись.