Может, он хочет сбросить меня в пропасть? Подозрительное молчание затягивается, и я, не выдержав, первой начинаю разговор, нарываясь на конфликт:

— И что, вы даже ничего не скажете? — Адам не отвечает на мой вопрос.

Мы подходим к лавочке, он садится и тянет меня за собой следом.

Я восторженно вздыхаю, не веря своим глазам. До чего же прекрасно это место! Адам притягивает меня к себе, обнимая за плечи. Я оказываюсь в неудобном положении, отчего вынуждена прижаться к нему, немного развернувшись, и положить голову на плечо, чтобы поясница не затекла от скрюченного положения. Этого он, по всей видимости, и добивался. Со стороны мы, возможно, воспринимаемся как романтичная парочка, но на самом деле я чувствую себя ужасно стесненной.

Вся моя жизнь — сплошная неловкость, с момента, как я встретила этого мужчину. На глаза наворачиваются слезы, я не выдерживаю: столько всего навалилось за последние месяцы, что сил моих больше нет. Хочется волком выть. И я начинаю рыдать, не сдерживаясь и всхлипывая, не стесняясь перед Адамом и не думая о том, что нас могут услышать.

Он просто обнимает меня второй рукой, прижимая еще крепче, и успокаивающе гладит по волосам, спине, от чего я еще сильнее начинаю себя жалеть и плакать.

— Вы со мной больше не разговариваете? — по-детски спрашиваю сквозь вырывающиеся из глубины души рыдания. Этот вопрос кажется жизненно важным сейчас, ведь он не проронил ни слова с того момента, как мы пришли сюда.

— Разговариваю, маленькая. — Адам целует меня в макушку. Рыдания постепенно стихают, остаются одни всхлипы. Адам поднимает меня за подбородок, смотря в заплаканное лицо. — Я думал, с тобой случилось че, искать стал. Выяснилось, что в доме никто не видел. Думал, тварь какая посмела рыпнуться!

— Когда Ариела поднялась наверх, я решила прогуляться. Джон увидел и пошел за мною следом, — объясняю, смотря Адаму в глаза. — Он думал, я руки на себя наложить решила.

Адам качает головой, ухмыляясь.

— Такая мыслишка у меня тоже пробежала.

— Эй! Разве я похожа на размазню?! — возмущаюсь, вызывая у Адама лишь улыбку.

Гул голосов за нашей спиной начинает нарастать: видимо, мужчины вышли на террасу у кухни жарить мясо. Поднимаюсь следом за Адамом, грустя о том, что этот момент единения с природой закончился.

Мы направляемся в сторону собравшихся «поваров».

— Я к девочкам пойду внутрь, — понимающе говорю я и направляюсь к стеклянной распахнутой двери на кухню. Проходя мимо бандитов, замечаю на себе пристальный взгляд одного из них. Он буквально прожигает меня, пожирая глазами, от чего мне становится неприятно.

Адам не замечает это, заведя разговор с кем-то.

***

Несмотря на необщительность представительниц женского пола, подготовка на кухне проходит слаженно. Мы с девочками одной командой выставляем на стол всевозможные закуски к мясу. Каждая вносит свою лепту, в том числе и мы с Ариелой.

В момент, когда у нас все готово, мужчины, перекрикивая друг друга, вносят огромное количество мяса. Адама среди других я разглядела сразу. Он входит и смеется над чем-то с Максимилианом, хлопая того по плечу. Наши взгляды встречаются сразу, и я первая отворачиваюсь от смущения.

Что между нами? Мы не пара, он мой похититель, но почему, когда Адам смотрит на меня, в животе порхают бабочки? Почему, когда он прикасается ко мне, все внутренности сворачиваются в тугой узел? Вывод один: мое тело живет отдельно от мозга.

Мы проходим к столу, который, естественно, не может вместить такое количество народа, поэтому некоторые накладывают в свои тарелки и едят стоя, некоторые группками уходят в гостиную. Пока я медлю, свободных мест не остается. Адам сидит во главе стола. Заметив мое смятение, он кивком подзывает меня к себе. Я подхожу, и он, хлопая себя по колену, командует:

— Садись!

— Ч-что? — Я изумленно смотрю на него и на всех вокруг. — Нет, я лучше стоя. —Хочу отойти, но Адам хватает меня за руку и резко тянет на себя. Я теряю равновесие и падаю ему на руки. Адам победно ухмыляется, устраивая меня поудобнее.

Нужно ли говорить, как неловко я себя чувствую в данный момент, когда все собравшиеся наблюдают за нами?

Едим мы из одной тарелки и одной вилкой из-за нехватки приборов… Кто-то из мужчин в процессе выпивает, но мы с Адамом пьем сок из общего стакана. Его мощная рука по-хозяйски покоится на моей талии. Уговариваю себя, что он просто придерживает мое неуклюжее тело без задней мысли, а сама то и дело вспоминаю, что теперь я должна прийти в его постель…

Постепенно я расслабляюсь, решив не думать о том, , что обо мне подумают присутствующие. Может быть, я вообще вижу их в первый и последний раз. Если посмотреть с другой стороны, компания собралась веселая, все шутят, подкалывают друг друга.