– Друзья, друзья. Я прекрасно понимаю и разделяю ваше негодование и скорбь. Но сейчас мы не можем позволить себе скорбеть и негодовать в полной мере. Отступник смертельно опасен и совершенно определенно безумен, и каков будет его следующий шаг – невозможно предугадать. Нам необходимо сохранять хладнокровие и быть предельно осторожными, пока мы не найдем способ противостоять ему. На данный момент мы, драконы, против него практически бессильны. Нами должна двигать не слепая жажда мести и желание добраться до убийцы до того, как о нем станет известно Императору, а холодный расчет. Эта трагическая смерть дала нам новый шанс отследить мага, но вы прекрасно знаете, чем один раз уже окончилась попытка достать его в его логове.

– Именно поэтому, – вмешался фиолетовый, выступая вперед. – Мы должны не лететь в его ловушки, как безмозглые мотыльки на огонь, а выманить тварь и прикончить ее на наших условиях.

– Каким образом, ты предлагаешь его выманить, Вилмар?

– Не я, – сказал дракон и перевел взгляд на меня.

И вместе с ним зашелестело все собрание, оборачиваясь.

– Как это понимать? – Эйнар нахмурился, и взгляд, который он метнул в мою сторону, не предвещал ничего хорошего.

– Адептка Давир, наблюдатель со стороны Темных, любезно донесла до нас информацию, что отступник имеет несомненный интерес к ее личности. И что она готова посодействовать в его поимке, выступив приманкой, – пояснил фиолетовый, и я буквально физически ощутила волну ярости, взметнувшуюся со стороны бронзового.

– Об этом не может быть и речи, – отрезал ректор, уже не глядя на меня. – Она находится под защитой Академии, что подразумевает, что мы обязаны оберегать ее от опасностей, а не подставлять под них!

– Она совершеннолетняя и это ее решение. Что с тобой, Эйнар? С каких пор ты стал таким перестраховщиком? Неужели ты думаешь, что мы настолько беспомощны, что не сможем справиться с одним магом и уберечь одну девчонку?

– Ты с ним не сталкивался, ты не понимаешь, на что он способен.

– Так расскажи. И подготовь, вместо того чтобы вставлять палки в колеса. Предложение адептки крайне щедрое, и я не вижу причин, по которым мы не можем им воспользоваться.

Эйнар обернулся, снова вылавливая меня взглядом, и когда я посмотрела в пылающие золотым огнем глаза, в голове погремел чужой голос:

«Ты с ума сошла? Куда ты лезешь, последняя из рода?»

Я только чуть сощурилась и сжала губы в тонкую линию.

«Я хочу избавиться от угрозы и в этом мои интересы с драконами совпадают. Ты мне должен, Эйнар, не вставай на пути».

Ректор мотнул головой, снова повернулся к фиолетовому и, набычившись, упрямо произнес:

– Адепты академии не должны рисковать собой ради поимки преступника.

Ответить его оппонент не успел, потому что я произнесла спокойным и не дрогнувшим голосом:

– Я всегда могу отчислиться.

В деканате повисла мертвая тишина, в которой Эйнар шумно выдохнул, даже, как мне показалось, с дымом из ноздрей.

– Я должен это обдумать, – отчеканил он.

– Но…

– Уймись, Вилмар. Я ректор этой Академии. А она – адептка под моим началом. И пока у меня на столе нет заявления на отчисление, я решаю, готов я выставлять учеников на убой ради собственной мести или нет.

Сказано это было так, что фиолетовый как-то разом будто сделался меньше, сдулся, сообразив, на кого давит и повышает голос. И несмотря на то, что Вилмар действовал в моих же интересах, я отчего-то все равно испытала легкое злорадство.

– Я не оспариваю твою власть в академии, Эйнар, – произнес он почти примирительно. – Но адептка Давир утверждает, что у нее есть дополнительный способ себя обезопасить. Может быть, ты хотя бы выслушаешь ее, прежде чем решать?

Ректор перевел на меня тяжелый, давящий взгляд.

– Мы вас слушаем, адептка Давир.

Я с трудом сдерживала ликование. Тьма, ну какая же невероятная удача! В общей атмосфере жажды крови и немедленных действий – лучшего момента не придумаешь!

Отыскав взглядом темную макушку прислонившегося к стене Алвиса, который, кажется, еще не успел понять, о чем именно пойдет речь, потому что выглядел хмурым и недовольным, но не напряженным и настороженным, я заговорила:

– Мы с наставником Алвисом родственники. Не слишком близкие, но все же достаточные для того, чтобы я ввела его в род. Это позволит обезопасить и меня, и его. Наставник получит доступ к родовой магии, к которой у отступника нет иммунитета, в отличие от драконьей. А я получу…

Мужчину! Мужчину, который возродит мой род, который подарит ему сыновей и дочерей и позволит вновь расцвести, потому что теперь я была уверена – злой рок переломлен, судьба вновь повернулась к Ривад лицом, потому что иначе всего бы этого просто не случилось!

С трудом затолкав в глубь сознания все то, что вертелось в голове и чуть ли не рвалось на язык, я сглотнула набежавшую слюну (спокойно, Тереса, не выдай себя, не спугни!), я продолжила:

– … страховку и дополнительную защиту. Отступник уверен, что я буду одна. Он будет не готов встретить и меня, и дракона. К тому же дракона, противостоящего его поганым чарам. Но это все, конечно, при условии, что наставник Алвис не будет против, – добавила я, скромно прикрывшись ресницами, чтобы скрыть азартный блеск в глазах. Как будто мне и вовсе все равно – па-адумаешь, дракон!