Не выдержав я села. Спустила ноги с кровати, коснулась кончиками пальцев холодного пола. Лежащий под дверью Пожиратель вскинул уродливую клыкастую морду, а потом снова пристроил ее на лапы. Я прошлась туда-сюда по комнате, проверила заклинания на окне, на двери. Сотворила «ядовитый туман» на пробу, и тут же развеяла, убедившись, что заклинание как никогда послушно. Села на кровать.

И поняла, что не лягу. Параноидальное чувство опасности не отпускало, несмотря на то что в глубине души я твердо знала, что меня просто застали врасплох и явись тот маг по мою душу еще раз, он об этом обязательно пожалеет.

Я снова покосилась на Пожирателя, потеребила сквозь сорочку пригревшийся на груди артефакт. А потом выудила из шкафа большую бабушкину шаль, накинула на плечи, и выскользнула в коридор, беззвучно притворив за собой дверь.

Я совершенно забыла надеть туфли, и босые ноги ступали по ледяному каменному полу академии абсолютно бесшумно, унося меня по путаным коридорам наверх, под самую крышу, туда, где жили драконы.

Перед дверью в покои ректора я неуверенно замерла на несколько мгновений, вздохнула и, раз уж пришла – не обратно же идти! – негромко постучала по гладким дубовым доскам.

Может, он спит давно? Может, даже и лучше, если спит? Придумала, некромантка, теней бояться. Тебя на смех подымут и правильно сделают. Ну точно, спит, шла бы ты отсюда…

О собственной глупой обиде я вспомнила мельком и тут же забыла. Подумаешь! Не на кладбище же и впрямь…

Эти мысли пронеслись в голове за считанные секунды, и я уже сделала шаг назад, чтобы сбежать обратно, в комнату, как дверь отворилась, озарив коридор теплым желтым светом, исходящим из комнаты.

Ни лице Эйнара не нарисовалось ни грамма удивления. Он просто молча посторонился, пропуская меня внутрь, а потом дверь закрылась, отсекая нас от внешнего мира.

В комнате было жарко. Горел камин, бросая веселые рыжие отсветы на стены. Свечи на столе и на тумбочке возле кровати – настоящие, не магические. Говорят, драконы любят открытый огонь…

Кровать – большая, под тяжелым балдахином с золотыми кистями, с ней даже две мои сдвинутые не могли сравниться. Узорчатый ковер на полу, стол – тоже большой, массивный. Все под стать хозяину.

Я переступила с ноги на ногу, все еще стоя на холодном каменном полу, а в следующее мгновение, ойкнув, взлетела в воздух, как-то очень внезапно оказавшись в драконьих ручищах. Два шага, и ректор сгрузил меня на кровать, сам присев на корточки. Обжигающе горячие после ледяных плит пола ладони обхватили мои стопы, согревая.

– Тереса, вы последнюю обувь, пока брели до академии, стоптали?

Я машинально поджала босые пальцы ног, не пытаясь, впрочем, высвободиться.

– И ничего не последнюю! Мне, может, просто жарко!

Дракон издал громкий скептический смешок, а потом вдруг спросил:

– Вы были дома?

Вопрос заставил напрячься, я облизала пересохшие губы, гадая, что ответить, и надо ли что-то отвечать. И я просто кивнула. Ладони теперь скользили по коже, чуть массируя ее, разгоняя кровь. Пальцы покалывало жаркими иголочками, было щекотно и ужасно приятно. Я смотрела сейчас на Эйнара сверху вниз, так странно, и любовалась отблесками каминного огня, пляшущими на бронзовых волосах. Усталость, которая едва не свалила меня по дороге в академию, возвращалась, тяжело оседая на веках.

– Кто на вас напал?

– Я не знаю. – Я посмотрела в янтарные глаза и добавила: – Правда. Темный маг, это все, что я могу о нем сказать. 

Ректор кивнул – верю, ясно. И ладони, оставив в покое ступни, мазнули по ногам вверх, проникая под рубашку, поглаживая нежную кожу бедер. Желание шевельнулось, но как-то вяло, то ли не торопясь доверять коварному дракону, уже дважды оставившему меня без сладкого, то ли усталость была сильнее. А здесь, в жаркой комнате, освещенной теплым светом тревога отступала.

И я как-то даже не заметила, как оказалась уже не сидящей, а полулежащей на больших мягких подушках, укрытая одеялом.

– У меня еще есть дела. Отдыхайте. – Ректор коснулся моих губ коротким поцелуем и вернулся за свой стол.

Свернувшись калачиком на мягкой перине, я сквозь опущенные ресницы наблюдала, как он работает – вдумчиво изучает какие-то документы, иногда хмурится – и меж бровей появляется глубокая недовольная морщинка, что-то отрывисто черкает, негромко скрипит перо… и под этот скрип, под шелест бумаг, мои глаза окончательно слипаются, и я сама не заметила, как провалилась в сон.

Глава 6

Удивительно, но проснуться в постели с мужчиной оказалось ничуть не менее интересным опытом, чем заниматься с этим мужчиной любовью.