– Тереса! – чего-чего, а настойчивости старосте было не занимать. Любой другой уже ушел бы, а он стоит и упрямо ломится в запертую дверь.

Еще немного, и он прошибет ее лбом, а у меня тут дракон и ворованная флора. Ладно, флору можно накрыть заклинанием. А дракона? На движущиеся объекты его накладывать рискованно. Может в шкаф?..

Я метнула взгляд в угол, потом на Эйнара, и вынуждена была то ли с сожалением, то ли с некоторым самодовольством признать, что в шкаф дракон не влезет.

– Тереса!

– Минуточку! – обреченно пискнула я, только чтобы заставить наконец этого неугомонного заткнуться.

Эйнар недовольно фыркнул и мотнул головой. Бронзовая шевелюра сверкнула мягкими бликами, как и проступившая на скулах чешуя. Красиво…

Так, а если под кровать?..

– Тереса! – на этот раз мои имя, произнесенное грозным шепотом, прозвучало по эту сторону двери. – Прекратите так многозначительно примерять на меня все предметы интерьера! Я просто выйду под отводом глаз, пока будет открыта дверь.

Несколькими торопливыми пассами я превратила белладонну в розовый куст, сунула крокусы под кровать, растерянно огляделась, пытаясь сообразить, что еще могло выдать пребывание в моей комнате неурочного гостя, и дракон, закатив глаза, лично затянул и завязал шнурок ворота почти полностью открывшей грудь блузки. Низ я, смутившись, заправила сама и вскинула голову.

Совершенно гипнотические драконьи глаза смотрели на меня так, что мне хотелось выставить за дверь пожирателя, а не ректора. И пусть староста Саймон тренирует свои боевые навыки, раз ему, кроме учебы, вечером заняться больше нечем. Желание это усилили ладони, легшие на талию и притянувшие вплотную к могучему телу, заставив ощутить всю силу неудовлетворенного мужского желания. А жесткие губы, накрывшие мои властным поцелуем, едва окончательно не лишили рассудка, но ректор все же был ректором и ставил знания адептов выше удовлетворения собственных (и в данном конкретном случае, между прочим, и адептских!) нужд.

Поэтому он отстранился, сорвав с моих губ полный сожаления стон, ухмыльнулся, и исчез, растворившись в воздухе будто его и не было. Виртуозное владение оптическими чарами все же. Вир-ту-оз-но-е.

Я вздохнула по несбыточному – наслаждению и мастерству – и поплелась открывать дверь.

Староста Саймон – высокий, худощавый и белобрысый, как большинство велибарцев, с хищным орлином носом и недовольным изгибом рта (что-то мне подсказывало, что это черта не наследственная, а приобретенная за последние пять минут…) – посмотрел на меня с укором, не торопясь заходить. И продолжая загораживать проход, несмотря на широко распахнутую дверь.

– Ну, чего застыл? – не слишком приветливо спросила я дверное препятствие. И пока парень набирал воздуха в легкие, чтобы обрушить на меня свой сокрушающий (хаха!) гнев, буркнула: – Я одевалась.

Саймон выдохнул, и шагнул в мою комнату с таким лицом, будто оказывал мне величайшее одолжение.

Вообще-то, я была неправа, и, да, оказывал – только я его ни о чем не просила, так что все счета – к декану. А я особой благодарности к нему сейчас испытывать не могла категорически!

– Нет, дверь не закрывай, – опередила я действие старосты. И на его удивленный взгляд пояснила, – Саймон, я не останусь с посторонним молодым мужчиной при закрытых дверях. Тебе, положим, я вполне доверяю, но соседки... Они на пустом месте такое придумают...

Саймон понимающе кивнул и во взгляде его появилось даже нечто, отдаленно похожее на уважение. А я в тот момент могла думать только о том, покинул уже ректор мою комнату или нет? От одной только мысли о том, чего я сегодня лишилась, хотелось вытолкать старосту взашей. А Эйнару, наверное, было еще обиднее. Старался, белладонну воровал… и на тебе!

…впрочем, дракон и сам виноват! Надо было по-быстрому того-этого, а не игрища устраивать и дурацкие вопросы задавать. Я вот совершенно не возражала бы…

Ну, и будет теперь ходить голодный!

А если не будет?..

А-а-а-а!

Мысль была такой внезапной, острой, что я с трудом задавила внутреннюю панику.

Боги-боги-боги, что делать, что делать?! Надо же что-то делать!..

На границе здешнего и потустороннего в кои-то веки молчали, но молчали настолько ехидно, что сомневаться в точке зрения предков не приходилось.

Пройдя к моему столу, староста, не подозревающий о моих внутренних метаниях, сбросил с плеча сумку на пол, потянул к себе выданные наставником конспекты, и, бегло просматривая их, оседлал стул, развернув его другой рукой задом наперед.

– Значит, так. Делаем вот что: я читаю тебе название темы, ты рассказываешь мне все, что по теме знаешь. Если можешь выполнить заклинание – выполняешь. К концу вечера мы определимся, с чем ты справишься сама, чему следует уделить дополнительное внимание, по каким вопросам понадобиться помощь наставника...