Постепенно мышцы между лопатками начинают расслабляться. Убедившись, что смогла предотвратить очередную полноценную паническую атаку, я выключаю воду и выхожу из душа.

Я надеваю мягкие домашние штаны, наливаю себе стакан виски и буквально растекаюсь по дивану. Я устала, но всё ещё на взводе. Понимаю, что не усну, так зачем пытаться? Включаю телевизор и щёлкаю каналы, пока не натыкаюсь на старую романтическую комедию. Через пару минут напряжение спадает. До тех пор, пока телефон не подаёт три коротких сигнала подряд.

Я смотрю на экран — сообщения от Джунипер.

Ты это видела? Что, блядь, произошло сегодня в «Джойстик»? Девочка, это уже по всем грёбаным новостям.

Пальцы дрожат над ссылкой. Я пытаюсь сглотнуть, но во рту пересохло. Нервы на пределе. Не знаю, сколько ещё выдержу.

Затем приходит новое сообщение.

Рокси??? Это он?

Чёрт.

Я открываю ссылку, и кровь будто отливает к ногам. Слава богу, что я сижу. Первая строка: «Мужчина прыгнул насмерть покончил с собой в популярном игровом баре «Джойстик». Он оставил записку с признанием в сексуальном насилии».

Я подаюсь вперёд, сердце бешено колотится. Что за… Да быть такого не может. Этот урод совсем не выглядел раскаявшимся.

Я пишу ей:

Не знаю. Его фото пока не опубликовали.

Сверху экрана появляются точки «печатает…», исчезают, и снова появляются.

Это должен быть он. Чёрт. Ты в порядке?

Я сама не понимаю, что чувствую. И о чём вообще должна думать. Делаю глоток виски и перечитываю статью. Репортёр утверждает, что никто из гостей не помнит этого мужчину внутри. И в баре нет записей о том, что он был в списке гостей. Значит, это он. Должно быть, проскользнул внутрь после того, как я забежала через заднюю дверь.

Но зачем? Мне трудно поверить, что он покончил с собой буквально через несколько минут после того, как я от него сбежала. По моей спине пробегает холодок. Что-то здесь не сходится. И меня бесит, что я вообще к этому имею отношение.

Я пишу ей:

Никто никогда не должен узнать, что случилось со мной сегодня. Поняла? Никто.

Джунипер — моя лучшая подруга с тех пор, как я ушла из колледжа три года назад. Я доверю ей свою жизнь. Но мне нужно убедиться, что она будет молчать.

Понимаю. Мы ушли до того, как это произошло, так что вряд ли с нами кто-то свяжется. Но я на всякий случай удалю все сообщения.

Я с облегчением выдыхаю и тоже стираю переписку. Я просто хочу оставить этот вечер позади и забыть, что вообще ходила на вечеринку в честь выхода игры Панка Уайлдера. Ту самую, на которую он даже не удосужился прийти. Великолепно.

Я допиваю виски и переключаю телевизор на игровую консоль. Мне нужно пострелять по каким-нибудь апокалиптическим тварям, чтобы выпустить пар. Когда загружается игра «After: 8113», я вижу, что Джунипер пришла к той же мысли. Её ник — BratBaby6 — всплывает на экране. Я принимаю приглашение в команду и надеваю наушники.

— А вот и ты. Готова разнести всё к чёртовой матери, JillChick227? — спрашивает меня Джунипер.

Я включаю микрофон.

— Блядь, да.

Это единственное место, где всё под моим контролем. В игре я всесильна. Я могу стать кем угодно. И сегодня мне нужно быть кем угодно — только не той девушкой, на которую напал мужчина, который теперь мёртв.

Глава 1

Если бы мне не нужно было, чтобы это выглядело как самоубийство, я бы задушил его перед тем, как столкнуть. Но я не позволю, чтобы хоть что-то ударило по ней рикошетом.

Я не снимаю свою светящуюся в темноте маску, пока не возвращаюсь в пентхаус. Бросаю ключи на гранитную столешницу, иду прямо к холодильнику и достаю бутылку ледяной воды. Прижимаю её ко лбу, прежде чем открыть и сделать глоток.

Блядь. Я не чувствовал себя таким живым уже много лет. Но я злюсь на себя. Мне не стоило терять её в толпе. Единственное, что меня радует — этот чёртов извращенец больше никогда не прикоснётся к ней.

Если бы я вовремя не проверил заднюю дверь… Рокси Луна была бы изнасилована этим ублюдком. Он бы довёл начатое до конца.

Я заметил её в ту же секунду, как она вошла в «Джойстик» сегодня вечером. Такая охуенно красивая. Тёмные волнистые волосы, сексуальные изгибы и мягкие губы, которые я хочу, чтобы сомкнулись вокруг моего члена. Мне не пришлось особо напрягаться, чтобы те два идиота назвали мне её имя и геймерский ник, когда я заглянул к ней на работу пару месяцев назад. С ними тоже нужно будет разобраться. Я не могу допустить, чтобы кто-то ещё получил к ней такой лёгкий доступ.

Прошло много времени с тех пор, как я зацикливался на чём-то, кроме обезболивающих. Мой терапевт назвал бы это тревожным сигналом, но я предпочитаю считать это прогрессом. Меня не интересовали киски с тех пор, как я прошёл реабилитацию три года назад. Даже мой спонсор мог бы подумать, что я снова срываюсь, заменяя одну зависимость другой.